— Я готова! — Из фургона горделиво выплыла Елизавета и, очевидно ожидая публичного проявления восхищения, застыла в весьма эффектной позе. Ручка в бок, ножка немного на отлете, личико просто светится осознанием собственной элегантности. Ох уж мне эти женщины — право дело, не вижу никаких различий между дамочками двадцать первого столетия и нынешними молодыми дамами. Время идет, а сущность совершенно не меняется. Хотя признаю — выглядит сейчас Лизхен просто сногсшибательно.

Небольшая шляпка с черными кудрявыми перышками, коротенькая курточка, отделанная бахромой, длинная юбка-брюки, просто чётко обрисовывающая её классную попку, краги и замшевые сапожки на невысоких каблучках. Её длинные полные ножки в моём воображении видны полностью и она, поняв это — негромко засмеялась. На этом классном широком коданом поясе — кобура тисненой кожи с таким маленьким револьверчиком и дорогой охотничий нож. Ну и дамская сумочка, стилизованная под охотничий ягдташ, куда без нее. Да, вуалетку на шляпке, чуть не забыл. Словом, хороша чертовка. Неожиданно поймал себя на мысли: если вдруг, каким-то чудом, меня занесет обратно в двадцать первый век, то я совсем не против забрать ее с собой... Ну а если мы так и останемся в этом веке — тогда тем более... Хороша! Да и в постели — высший класс!

Но почему Лиззи, как она себя называет, а не Анастасия? Этот хитрый опер и знаток психологии Георгий как-то вечером вроде в шутку предложил девушкам испытать в постели других мужчин, то есть поменяться партнёрами. Он понял, что я больше нравлюсь Елизавете, а Анастасия явно не спускает глаз с него. И вот теперь он спит с Настей, а я и с большим удовольствием — с Лиззи.

Но вот через два дня мы отправляем девушек в Европу. Вначале пароходом-лайнером до Рима, а оттуда — Лиззи дальше едет поездом Рим — Париж, а Анастасия, соответственно, Рим — Берлин. А мы приезжаем через месяц и будем просить руки у их родителей. Такова экспозиция! Вот таким манером и очень непонятно для девушек выразился Георгий. Вот раз непонятно — то и очень убедительно! И как девушки не возмущались, мы твёрдо стояли на своём — только так и не иначе! Они нам очень дороги и поэтому мы своих будущих жён твёрдо намерены отправить подальше от ужасов этой войны. Ведь мы свой вклад уже сделали — англичане после таких потерь в войсках и громадного наплыва раненых пошли на переговоры!

Банк, под помпезным названием «Государственный банк Оранжевой Республики», мы обнаружили в центре города. К счастью, он никуда не собирался эвакуироваться и вполне себе исправно работал. Надо сказать, почти ничто в городе не напоминало о войне. Нет, обилие вооруженных людей и патрули наводили конечно на определенные мысли, но в остальном все шло своим чередом. Прогуливаются расфуфыренные парочки, работают фотографические ателье, магазины, множество ресторанов и отелей. Даже огромный воздушный шар на центральной площади примостился, рядом с которым авантажного вида пилот за умеренную плату предлагает осмотреть окрестности с высоты птичьего полета. Как-то не по себе немного становится от такой беспечности. Впрочем, я завтра все же попытаюсь достучаться до кого-нибудь из местных генералов, а потом... Вначале, самолёты, ну а девушки потом... Тем более, что учитывая туповатое упрямство буров...

Всю сумму, а эта была гигантская — двести семнадцать тысяч тысяч фунтов, деньги были переведены в Берлин по транс-телеграфу. Нам с Жорой — по чековой книжке. Ну а вечером опытный опер сработал чисто, с тремя казаками ловко и тайно арестовав пилота воздушного шара. Так он — английский агент, передавал им данные с помощью фонаря азбукой Морзе. В его домике были найдены 10 отличных Муазеров К98 с оптическими прицелами и огромная сумка-радикюль, полная фунтов стерлингов. По 500 фунтов каждому казаку, а остальное в банк, на наш счёт. И спать!

Утром Жора постучал в дверь и, зайдя ко мне в номер, сразу выразительно хмыкнул, увидев рядом со мной чудесно так и классно выглядывающие из-под одеяла две симпатичные шоколадные попки. Я ему пояснил, что не смог отказать двум таким соблазнительным красоткам-горничным, каждая попросила всего по пять рэндов. Мы прекрасно покувыркались.

— Кстати, Жорж, страви давление, мы же сейчас совсем юные мужчины и спермотоксикоз не за горами. А я побреюсь и вскоре мы ждём ювелира и банкира. Что значит молодой мужчина — когда я вышел из ванной, Жора уже ловко поставил одну мулаточку «рачком» и лихо ей вдул, она только охала. Вот кончил он в жадный ротик второй — пять рэндов для них весьма отличные деньги. Но Жора явно не расслабился! Наоборот — он всё продумал! Как мне повезло, что он сейчас рядом со мной в этом мире.

Это старший клерк банка и ювелир хотели надуть нас! Увидев меня одного, они сели за стол и рассмотрели алмазы из каждого мешочка, но пока из пяти выставленных мешочков.

Ювелир работал четко и уверенно, проверка алмазов заняла от силы минут двадцать. После чего он сверился с записями, быстро что-то подсчитал и сообщил нам:

— Сто тридцать пять тысяч фунтов. Камни чистые, но, к сожалению, при огранке будет много потерь. Но в любом случае, это примерно на десять-двенадцать процентов больше, чем вы получили бы в официальном учреждении, мистер Орлофф. О, у вас ещё три мешочка, шарман...

Сто тридцать пять тысяч фунтов, и все крупные камни остаются у нас. Это уже что-то — с такими деньгами можно начинать жить. Думаю, стоит согласиться.

— Я согласен...

В дверь неожиданно сильно постучали, потом щелкнул ключ, и она распахнулась. В номер ввалились два мужика в штатском и наставили на нас стволы.

— Полиция! Вы арестованы, господа!

Но через минуту эти «полицейские» лежали избитыми и крепко связанными — выскочившие из ванной Жора и двое казаков не церемонились. Казаки получили на руки деньги этого «ювелира» — две тысячи рэндов на всю свою группу и увели его и «полицию» с собой. Как я понял — в «страну счастливой охоты». Тут Жора был просто непреклонен! А сильно перепуганный, просто до смерти, трусившийся старший клерк банка был готов на всё! Получив от Жоры пару пощечин, он на вопрос о переводе денег сразу выдал:

— Господа, я готов на всё. И во всём вам помогу!

М‑да, задачка, однако. Чем мне может быть полезен главный клерк Государственного банка Республики? Даже не знаю... Но Жора всё продумал заранее насчёт наших денег:

— Сможешь мне открыть счет, скажем, в САСШ? Или в Германии, к примеру? Или в Швейцарии?

— Без проблем... — закивал головой Стромберг. — Трансконтинентальный телеграф пока работает, так что нет проблем. Мы можем вам открыть банковский счет на предъявителя в любом из наших партнерских банков. Вы вносите деньги, мы оформляем банковский перевод с указанием представленных вами реквизитов...

Заодно всего за двести фунтов он согласился сделать паспорта граждан Республики — очень пригодится, мы как беженцы легко устроимся в Германии или в Швейцарии. Ну Жора и голова! Стромберг забрал деньги на паспорта плюс сто рэндов за скорость, затем Жора показал ему «Вис-Радом» и произнёс сакраментную фразу Остапа Бендера:

— И помни! У нас очень длинные руки. Ты и сам видел, — явно покрывшись потом и не от жары, то закивал и исчез.

Ну а мы с Жорой немного сняли стресс французским коньяком. Кстати, в наше время он был получше, но до армянского... Жора, сильно уставший за этот суматошный день, так и уснул в моём номере на диване...

— Герр Орлофф, Ваш завтрак. — В номер вошла молоденькая миловидная мулаточка в аккуратной форменке с кружевным передничком и наколкой в курчавых волосиках. — Ой! — Девица чуть не уронила поднос с кофейником, увидев постояльца в полностью разоблаченном состоянии, выходящим из ванной в одном полотенце. А потом плотоядно улыбнулась и с намеком уставилась мне пониже пояса. Вот даже как? Почему нет?

— Сколько? — Я ни минуты не колебался.

— Пять шиллингов! — с готовностью

отрапортовала горничная. — Это если быстро. Десять — за всю ночь. Я всё умею, Вы не пожалеете. И Ваш друг тоже. — вот умница, она явно обойдётся без конкуренток.

— Давай. Проверим, деньги вот...

Потом, посматривая на ритмично работающую курчавую головку горничной, я думал, что не так уж все плохо на рубеже веков. Ух... а мастерица, однако, хотя нет, скорее энтузиастка. Лиззи пожалуй будет половчее. Но у той школа Парижа... Но как хорошоооо...

— Вы довольны, герр Орлофф? — Девушка промокнула себе ротик кружевным платочком и уставилась на меня, как примерная школьница на учителя, ожидая похвалы.

— Доволен. — Я достал из бумажника ещё несколько монет и подвинул к горничной. — Как тебя зовут, малышка?

— Луиза, — девушка ловко цапнула денежку, спрятала монетки за корсаж и присела в книксене, — Луиза Мария, герр Орлофф.

— Вечером буду поздно, но чтобы дождалась меня. Поняла? И ещё, зайдёшь через полчаса, мой друг как раз проснётся. Деньги вот ещё, ложу на столе. Понятно?

— Как скажете, герр Орлофф. — Горничная ловко сервировала мне завтрак и, еще раз присев, чуть ли не вприпрыжку радостно выскочила из номера.

— А жизнь-то налаживается, мистер герр Жека. — сказал я себе. И, разбудив Жору и послав его принимать водные процедуры, выбрал круасан порумянее и с хрустом впился в него. Подожду Жору и мы идём — нас ждут великие дела.

Но сразу мы не ушли. Жора попил кофе, тут прилетела Луиза. звонко стуча каблучками и, встав на колени, ловко задвигала своей головой. А я, ещё возбудившись, задрал ей платье и, так восхитившись отсутствием нижнего белья, ловко всунул в нежную горячую писюшку красивой мулаточки. Кончил я тоже ей в ротик. Луиза была ещё довольнее нас — она давно не получала оргазмов, а тут сразу два раза подряд. Да и деньги сразу! Жизнь налаживается! Утро для нас с Жорой началось просто прекрасно!

Узнав от этого английского шпиона, что к Блумфонтейну идёт полк или даже бригада драгун, мы устроили им засаду. Буры ведь не признают командиров, каждый из них считает себя самым умным и лучшим командиром. Поэтому мы решили их не привлекать — сами справимся, дисциплина у какзаков намного выше. Так что три пулемёта вдоль узкого дефиле и десять снайперских винтовок устроили драгунам просто бойню. От двух полков в этом огненном мешке остались человек сто сорок раненых, которых мы отправили обратно. Казакам я объяснил, почему — каждый раненый это ведь экономический и психологический урон войскам Великобритании. Раненого нужно лечить, тратить деньги на лекарства, затем платить пенсию и отправлять в метрополию, плюс вид раненых очень сильно действуют на психологию других солдат в хаки. Поэтому я настаивал ранить их. а не убивать. Для казаков с этими отличными винтовками с оптикой — да просто стрельба в тире!

Трофеи были огромные, пять фургонов с оружием, два фургона с медиками и отличными лекарствами, один с прерасной английской обувью — хорошая обувь для солдата первое дело. Деньги с чека за оружие мы поделили поровну, а огромный саквояж с полковой кассой Жора очень ловко припрятал в нашем фургоне — фунты стерлингов нам сильно помогут добраться до Европы. Ну а ночью мы с ним опять «расслабились» — нервы сжигались в бою очень круто!

Луиза была просто великолепна, получив от нас сразу три фунта с изображением этой расфуфыренной английской королевы! Особенно она балдела, когда я кончал ей в попку, а Жора — в её умелый ротик. Так что веяния феминистского разврата дошли и сюда, чему были с другом были очень рады. Да и Луиза была рада не меньше! Тем более, что сделав нам утром по минету, она получила и премию от Жоры — из савояжа с кассой бригады.

Ну а через пару дней, сразу после утреннего минета от весьма довольной «премиями» Луизы, заехали в банк. Вот тогда, получив у Стромберга паспорта Республики и ещё новые чековые книжки, мы отправились в порт. Правда, десять алмазов остались у старшего клерка на столе — заслужил, хоть и негодяй! Он был просто счастлив — и жив остался и с таким прибытком. Георгий был просто великолепен — он никогда не сжигал мосты, мало ли что будет в жизни. Но вот «хвосты» за нами обрубал безжалостно — громадный опыт опера! Да и мы были в восторге — и сами живы и с чудесными цифрами на наших счетах в трёх банках. Так что и тут, в этом мире, тоже жить можно! И, как говорил в своё время незабвенный Георгий Вицин — жить хорошо! И даже нам можно жить и лучше — мы теперь богаты!

   

   
   

   

   

   
© Lcherry.ru. Все права защищены!