Лето. Мне 23 года. Я приехала в город Нововолынск, Волынской области, Украина. Приехала к своему деду. Папа отправил чтоб развеялась от киевской суеты, побыла с дедом, помогла ему чем-то. А чем ему помогать? Бабушки не стало, когда мне было 17. Дед после этого все больше замыкался и уходил в дачные дела. Порой он днями, а то и неделями жил на даче. Иногда мне казалось, что он сторонится и меня тоже. Я была предоставлена самой себе в дедовой квартире, чем беззастенчиво пользовалась, приглашая домой своего взрослого любовника.

Однажды лежа утром в постели после бурного секса, у нас завязался разговор.

— Маш, я тут познакомился с некими мужчинами. У нас с ними есть один общий интерес.

— Какой? — я переместилась подбородком ему на грудь и заглядывала в глаза.

— Это касается группового секса.

— Оу, и чем же вы таким занимаетесь?

— Групповым сексом, глупышка, я ведь сказал.

— А что в этом необычного? Я часто занимаюсь групповым. Для меня это даже немного обыденно стало.

— Ну да... — кажется он смутился. — В общем есть группа мужчин, моих знакомых, которым нравится групповой секс с одной девушкой. Они очень обходительны, вежливы. Они взрослые, воспитанные. У них есть свои дети и даже внуки.

— Ох не томи, говори уже в чем подвох? — я слезла с его груди и перевернулась на спину, раскинув руки и ноги в стороны.

— Да собственно ни в чем. Я хотел бы чтоб ты поучаствовала в подобного рода развлечении, но к сожалению, я уезжаю послезавтра по работе и не смогу быть.

— Так давай сегодня или завтра.

— Они собираются только по конкретным дням.

— Странное сообщество — я взяла чашку с молоком с тумбочки. — Давай, тогда как вернешься.

— Это был бы лучший вариант, но хотелось бы чтоб ты попробовала и к моему возвращению уже четко представляла себе, о чем речь и решила хочешь ли еще и с моим участием или нет.

— Это твое извращенное желание? — хихикнула я.

— Пожалуй, что, да.

— Ладно, и как мне попасть в это тайное «масонское сообщество»?

— Я позвоню и договорюсь, а потом скажу тебе куда и на когда подойти.

— Ладно, валяй, звони, договаривайся.

Я встала и направилась в душ. В процессе бритья ежика моей интимной зоны, услышала, как он набирает по старому дедушкиному дисковому телефону.

— Да, она согласна. Расскажите ей обо всем. Да, понял. Да, ясно, передам.

Закончив с банными делами, по привычке замоталась в три слоя полотенец — голову, грудь и все что ниже пояса, и выпустив из ванной клубы пара, прошлепала мягкими тапками на кухню, где Любовник уже сварил ароматный кофе и жарил глазунью с сосисками на двоих.

— Я позвонил и договорился.

— Слушаю — в ход пошел маникюрный набор.

— В среду в 7 вечера тебе надо быть на спортивной площадке возле 7ой школы. Там тебя встретит Иван Иваныч.

— Иван Иваныч? Честно? Его так зовут или оперативный псевдоним?

— Его честно так зовут.

— А фамилия не Иванов?

— Нет.

— А как?

— Не знаю, да и не важно это.

— В общем-то да.

— Просили так же чтоб ты была чистенькой, «под девочку» в интимных местах и в чем-то вроде шорт, футболки и кед. Вообще просили, чтоб ты одела удобную обувь.

— Интересно зачем это? Далеко идти придется от места встречи?

— Нет, все происходит рядом.

— Понятно.

— Если вдруг передумаешь, сообщи мне пока я не уехал.

— Окей.

Дальше мы ели завтрак, запивали ароматным кофе, говорили о всяком. Через несколько часов он привел себя в порядок и откланялся по делам. Я же некоторое время обдумывала во что я вероятно ввязалась, а затем решила дать себе передых и не накручивать.

— Пожалуй стоит пойти проведать деда, заодно и голова почистится — пробормотала я под нос.

Кеды, шорты, футболка, рюкзак, айфон, ключи, деньги, кепка. Заплела свои длинные черные волосы в косу и просунула под задник бейсболки. Поправила возле зеркала непослушные пряди. Поймала себя на мысли, что одета почти как заказывали, но выбросила из головы и направилась на дачу.

Дача оказалась пустой. Дед без зазрения совести уехал со своими на рыбалку с ночевкой, хватило ума все же мне оставить записку. Послонявшись по даче, не придумала ничего умнее, кроме как залезть на черешню и устроившись на массивных ветках поглощать эти вкусные ягодки. Вкусные то вкусные, только вот немытые — о чем и возвестил через какое-то время мой бурлящий животик. Пришлось спешно спускаться и идти в дачный туалет. Не люблю дачный туалет, еще и пауки эти во всех уголках тусуются. Сделав дела, помыла руки, напилась воды и решила двигать домой. По пути часто останавливалась поговорить с дачными соседями, много вспоминали прошлое, разных людей, разные события. Вернулась домой. Время к вечеру. Позвонила Любовнику. Он разделался с делами, но не сможет прийти, отъезд перенесен на завтра, и он собирается. Предложила прийти помочь, но он шикнул в ответ. Ах да, взрослый дяденька ведь живет с двоюродной сестрой и ее мамой. Точнее они у него на шее повисли и живут. Вышла во двор. Понаблюдала как носится детвора. Вспомнила свое детство и друзей. Пообщалась с соседями. Вернулась домой. Приготовила поесть. Кто лучшие друзья девушки, которой нечего делать летом в небольшом пгт на границе с Польшей? Правильно — планшет, ноутбук, телефон, телевизор. Позвонила папе. Доложила ситуацию с собой и с дедом. Умолчала о вероятной авантюре, в которую ввязалась и о человеке ввязавшем. Мило пообщались о том о сем. Он отдыхает в клубной резиденции киевского гольф клуба. Сегодня обсуждали важную сделку за пинанием мячиков для гольфа. Все как обычно. По ТВшнику показывали разную туфту. Решила пойти в спальню и почитать одну книженцию, которую уже давно собиралась прочесть. Вступления и двух страниц хватило чтоб уснуть, забыв выключить свет.

Проснулась днем. Было около полудня. Сладко потянулась. Пикнул телефон — два пропущенных от Любовника и смс. Он уехал, понимает, что сплю, но тем не менее сообщает. Встала. Как обычно утренний моцион — душ, чистка зубов, кремики-мазючки, легкий макияж. Села с кофе на кухне и задумалась. Завтра вечером уже идти на авантюру. Любовник уехал. Передумать и позвонить сказать, что не хочу и пусть сам решает, как донести это до знакомых своих? Или просто не прийти? Ничего не обязывает ведь. Ничего не знаю, ничего не подписывала. С другой стороны, пульсация и тепло между ног от предвкушения чего-то интересного. Забавные противоречия. Допила кофе, сварила еще один, вышла в зал, залезла с ногами и ноутом в большое советское кресло. Зашла на сайт города. Так что тут интересненького? Скукота скукотная. Захудалый цирк, какие-то культ масс ивенты с закосом под советскую тематику, политика, летние активности учащихся. Ничего интересного. Огляделась вокруг. Квартира, однако не убиралась давно!

Весь остаток дня прошел в уборке. Не перегружаясь, довела все до удовлетворительной чистоты-красоты. Поела и легла спать.

Следующим утром проснулась от небывалой радости неизвестного характера. Радость вскоре перешла в волнение, затем в полу-депрессивное состояние, затем в апатию, затем в меланхолию и наконец я пришла к флегматичному выводу, что таки пойду на встречу, а если что, то и отказать можно будет.

К вечеру была чиста, «под девочку» везде где надо. Выбрала черные спортивные шорты в обтяжку, свои любимые белые кедики, футболку с кучей непонятных надписей, эффектно прикрывающей мои вызывающего вида шорты и уже ранее обозначенную кепку. Волосы в косу заплетать не стала. Минимум макияжа, легкий цветочный дезодорант.

К 7 вечера я появилась на спортивной площадке за 7ой школой. Там, как и было оговорено меня дожидался Иван Иваныч. Это оказался мужчина навскидку старше 45 лет, немного выше меня, в простой рабочей форме школьного завхоза.

— Добрый вечер — я осторожно подошла к нему.

— Добрый! Вы, вероятно Маша и сегодня будете нашей гостьей?

— Да, я Маша, а по поводу гостьи, то я бы хотела сначала узнать на что подписываюсь.

— Да, да! Видите ли, Маша, я и несколько моих знакомых и коллег по работе любим поиметь группой девочку по вечерам вот в этой прекрасной школе, в которой некоторые из нас работают. Ничего не обычно, просто обильный групповой секс.

— А к чему тогда столько таинственности и все эти шпионские явки?

— Мы работаем в школе, у нас есть семьи, городок маленький. Здесь живут люди иного характера. Многие не поймут вообще или поймут не так. Я не хотел бы чтоб наше увлечение превратилось в кровавую бойню из-за узкости мышления других людей.

— Понятно. А, как и где будет происходить все это?

— Мы делаем это в гимнастическом зале. Там есть душ. Он хорошо удален. Там отличная звукоизоляция и много подходящего инвентаря. Что думаете?

— А безопасность?

— Мы занимаемся этим, когда в школе уже никого нет и потом сейчас лето, школа пустует на ремонтных работах.

— Нет, ну что вы продумали безопасность всего этого это ясно. Меня интересует интимная безопасность.

— Мы конечно же все будем пользоваться средствами контрацепции. Главное удовольствие! Не хотелось бы потом сидеть в тюрьме за групповое изнасилование по предварительному сговору.

Хорошо он так рассказывает, грамотно.

— Маша? — он помахал рукой перед моим лицом. — Вы еще здесь?

— Да, извините, задумалась.

— Могу ли поинтересоваться, о чем?

— Просто сомнения.

— Давайте зайдем в школу, я познакомлю вас с остальными, и вы решите.

— Хорошо, ведите.

Мы зашли в школу со стороны спортивной площадки. Большая школа. Огромный гардероб для десятков, а то и сотен курток учащихся. В вестибюле ждали еще люди.

— Вот знакомьтесь — это наша сегодняшняя гостья Маша. А это Степан Олексович, Геннадий Васильевич и Дмитрий Владимирович.

— Добрый вечер... — немного смущенно протянула я.

Все оказались возраста Иван Иваныча, а то и старше. С возрастом я почти угадала. Иван Иванычу было 43, Степану 54, Геннадию 48, а Дмитрию оказалось 42, хотя выглядел он на все 60. От шахтерской работы, как пояснил он позже.

— Маша? — Степан Олексович недоверчиво покосился на меня.

— Да...

— Подожди, а твоя бабушка у нас когда-то случайно не работала библиотекарем?

— Работала... — я начала узнавать этого человека. — А вы тогда были помощником начальника по строительной части?

— Да, был. Эх, как ты выросла то и такая красавица стала! — восхищенно, забыв зачем я здесь выдохнул Степан.

— Прошу прощения, вы знакомы? — Иван Иваныч вклинился в разговор.

— Да, это Маша, внучка одной нашей работницы. Царство ей небесное. Я ее с юных лет знаю... но подождите — Степан немного опомнился. — Она наша гостья сегодняшняя?

— Да, именно так — Иван Иваныч нежно положил руки мне на плечи и немного провел вперед, ближе к мужчинам. — Не бойся!
Его руки сместились мне на поясницу, подушечки больших пальцев уперлись точно в ямочки на пояснице.

— Ты правда этого хочешь? — Степан странно и недоверчиво посмотрел на меня.

— Я не знаю, но думаю это было бы интересно — ответила я.

— Согласна? — сбоку мне в глаза заглянул Иван.

— Думаю да — я сглотнула нервный комок в горле.

— Иван, вы идите дальше, а я проведу Марию до зала и пока немного расскажу ей что да как. Все-таки знакомый ей человек — Степан взял меня за руку.

— Хорошо, мы тогда сходим еще на третий.

— Зачем?

— Да, Федя там оставил пакет из аптеки.

— Хорошо.

Мужчины отправились в сторону лестницы, а мы со Степаном пошли в другую сторону. Через какое-то время он нарушил молчание.

— Маш, ты правда этого хочешь?

— Думаю да, а что-такого-то? Я люблю групповой, мне не привыкать.

— Любишь групповой, да? — Степан задумчиво потер своим большим грубым пальцем мои у него в руке.

— А много еще будет мужчин?

— Да вот я, Ванька, Генка, Димка, еще Федя и Андрей. Андрея ты должна помнить, он был при твоей бабушке основным по уборке территорий.

— Понятно.

— У тебя бывало так много?

— Бывало.

— А ты выросла девочка!

— Да, выросла. Так, а в чем дело то, почему вы будто не в себе?

— Сказать чтоль тебе честно?...

— Скажите.

— Драть тебя будут, Маша. Привяжут к гимнастическому снаряду раком и будут драть, пока не насытятся и плевать им на то как тебя. Если умеешь получать удовольствие от того как быть сукой и шлюхой, то получишь. А нет, так терпеть будешь, пока последний не отстреляется. Вот сказал...

— Драть?

— Именно так.

— Почему-то мне совсем не страшно. И если честно, то у меня сейчас уже мокро между ног. А много было девочек до меня?

— 17. Мокро между ног... — он посмотрел на мои шорты.

— И ни одна после подобного «дранья» не обратилась куда-то чтоб сдать вашу компашку старых ебарей? — я откровенно развеселилась.

— Нет. Мы не портим шкуру, но удовольствие могут получить не все.

— Занятно.

— Если хочешь, можешь успеть убежать, я скажу своим что рассказал тебе все и ты отказалась.

— А во время ебли я не могу перехотеть?

— Нет, тогда ты будешь не властна над своими желаниями и потребностями.

— Странно что у вас до сих пор никто не умер.

Так разговаривая, мы дошли до неприметной двери, которую я совершенно не помню из тех времен, когда гуляла тут. Дверь тут же открылась и в проеме показался Иван, а за его спиной и все остальные мужчины.

— А вот и вы! А вот и наша гостья!

Меня цапнули за руки и втащили внутрь. Степан легонько подталкивал меня под попу. Я повернулась взглянуть на него. Неуверенность и жалость, которые были в нем пока мы шли, куда-то улетучились. Теперь в его глазах и движениях были похоть и алчность.

— Вот знакомьтесь все, это Маша! Это вот Федор и Андрей, их ты еще не видела.

— Что правда внучка Светланы Павловны? — спросил Андрей.

— Да.

— Выросла то как и вкусная такая стала.

Андрей обошел вокруг, прижался сзади, его руки легли мне на попку, пальцы проникли сзади между ног, касаясь внутренней стороны бедер. От прикосновения шершавых пальцев взрослого мужчины меня приятно дернуло и заныло в животе.

— Ну, ну, парни, Машуля еще не дала окончательного согласия.

— А чего ждет то? — Федор усмехнулся с видом перетрахавшего пол пгт.

— Не торопись ты. Видишь какая пришла, девка. Спортивная, подтянутая, мы таких давно не трахали. Все больше местные — Геннадий включился в разговор.

— Пойдем — Иван взял меня за руку.

Мы прошли глубже в гимнастический зал. Он оказался небольшим. Один угол освещался более всего. Там лежала стопка мягких матов и рядом такая же, но из больших жестких и толстых. На больших матах были разложены лубриканты, презервативы, стопка из семи больших банных полотенец, стопка из семи маленьких полотенец и еще два полотенца — длинное небольшое и совсем маленькое, лежали чуть отдельно. Я посмотрела на смазки, там были простые и для анального секса. Иван заметил мой интерес.

— Ваш человек сказал, что вы можете и в попку тоже, я прав?

— Да.

— Нам позволите?

— Да, думаю это не составит проблем.

— Да такую в попу не трахнуть это и себя не уважать и жизнь прожита зря! — хохотнули сзади.

Мы подошли ближе к второй стопке матов.

— Ляг пожалуйста сюда животиком — Иван показал на маты. — Не бойся, просто подгоним высоту под тебя.

— Хорошо.

Я легла животом на маты. Иван немного подвинул меня, уперев мои коленки в подымающуюся подо мной стопку, удобно расположив мои ноги. Затем своими чуть больше развел их, прижался к моей попе. Получалось высоко и не очень удобно.

— Немного высоковато — он оглянулся. — Степан, помоги-ка.

Вдвоем они сняли сразу два мата, затем критически оценив высоту конструкции, накинули один обратно. Я снова легла. Теперь было удобно. Попробовала встать, но сразу 6 пар мужских рук прижали меня к матам. Кто-то успел ухватиться за самые филейные и нежные части, кому-то достались руки и спина.

— Именно в такой позе мы и будем вас трахать ближайшие несколько часов. Согласна?

— Да.

— Что ж, отлично! — меня тут же отпустили.

Сразу началась суета. Мужчины хмыкали, потирали руки, взгляды стали алчными, в них появилась похоть и огоньки молодых задорных пацанов, живущих в душах этих взрослых людей.

— В душ надо? — мне дали полотенце.

Выканье сразу исчезло, я тут же стала своя.

— Нет, я была перед выходом из дома.

— Ладно, а нам всем не помешает.

Мужчины похватали полотенца и как мальчишки ринулись в душ. Остались только Степан, Федя и Иван.

— Пока дядьки моются, давай мы тебя приготовим. Сними пожалуйста футболку.

Я сняла футболку. Я была без лифа и мои возбужденные от всего предыдущего сосочки тут же показались во всей красе.

— Мм, вкусная какая — Степан подошел сбоку и ухватился за левый сосок, дополнив все лапищей на моей заднице, алчно и не стесняясь жмакая ее.

— Ляг пожалуйста на маты — меня подвели к матам и уложили как недавно, когда примеряли.

— Положи пожалуйста руки вдоль тела — я положила руки вдоль.

— Полотенце забыли! — я приподнялась на локтях, и Иван засунул под меня то длинное полотенце, лежавшее отдельно.

— Теперь руки вдоль тела, Маша — снова положила как было сказано.

Не знаю чьи, но рабочие руки взяли мои ладошки, согнули руки в локтях, и я оказалась лежащей с руками за спиной. Прежде чем успела опомниться, запястья обернуло то маленькое полотенце и на нем затянулись пластиковые хомуты.

— Это чтоб ты никуда не сбежала.

Кто-то присел сзади меня. Я ощутила теплое дыхание на бедрах. Шорты с трусами поползли вниз и замерли в районе колен.

— Действительно чиста и так приятно и маняще пахнет! Просто великолепно! — голос Ивана не скрывал возбуждения, восхищения и похоти.

Его нос нырнул мне между ног. Кончик прошелся от клитора, по половым губкам, уже немного раскрывшихся и источающих влагу и мое возбуждение от всего этого, замер на мгновение на колечке ануса и с шумным выдохом ушел куда-то вверх на последнем касании проведя по копчику и пояснице.

— Божественно! А девочка то уже течет!

— Последнее приготовление — я заставила себя повернуть голову вперед, в сторону голоса Федора.

Он развернул от стены несколько ростовых зеркал. В них отражалась голая я, лежащая на стопке матом, со связанными за спиной руками, а сзади довольно улыбаясь маячили Иван и Степа.

— Вот ты и готова. Мы идем в душ. С тобой начнут парни, кто первые придут. Мы не изверги. Все будут в резинках. Но трахать будут как умеют и как захотят. Постарайся быть лапочкой.

Звонкий шлепок по левой ягодице, мужские смешки, взяли свои полотенца и ушли. Я осталась сама с собой. Странное положение. Начинать сопротивляться глупо. Отказаться уже не выйдет. Звать на помощь? Вряд ли кто отзовется и придет, в школе то кроме нас никого. Остается лишь расслабиться и получать удовольствие. Надеюсь они не будут эгоистами.

Сзади послышались веселые голоса и звуки босых мокрых ног по линолеуму. Я глянула в зеркало — шли Андрей и Гена. При виде меня, они сначала замерли, затем поторопились ко мне.

— Так мы сегодня первые.

— Ванька, Степаныч и Федор готовили ее, а Димон что-то на толчке застрял.

— Эх вот бы ее сразу в попу.

— Сразу нельзя ты ведь знаешь, нужен разогрев.

— Та знаю, но так и тянет.

Звуки распаковывающихся презервативов, щелчки тюбиков со смазкой. Я зажмурилась и вспомнила оргии с отцом и его друзьями. В животе сразу потеплело, я потекла, а анус начал пульсировать.

— Эй смотри, что это у нее?

— Маш, а что с твоей попой?

— А что там?

— Ну там покраснело и сокращается.

— Это значит мне хорошо...

— И можно сразу туда?! — обрадовался Гена.

— Можно попробовать, только лубрик не жалейте.

— Буит сделано — по-армейски отчеканил Гена.

Щелчок тюбика со смазкой, на попу в район копчика щедро льется смазка, шершавая рука рабочего мужика щедро размазывает ее по промежности, пальцы порой случайно, порой специально попадают во влагалище.

— Наверное хватит... — щелчок тюбика, лубрик перестает капать мне на спину.

Шершавой подушечкой большого пальца Гена нежно, но настойчиво массирует мой анус, втирая в него смазку и продавливая палец глубже.

— Ауффф — выдыхаю в маты.

— Больно? — палец останавливается.

— Нет, просто непривычно немного.

— Бывает. Маш, я, когда войду, я буду как хочу, так что, ну ты поняла...

Эрегированный пенис в резинке прижимается к моему анусу. Шершавые руки крепко сжимают мою талию. Не знаю почему, но мне нравится эта шершавость и как эти руки крепко удерживают меня.

— Ну! Понеслась! — успеваю расслабиться на «ну» и пенис втыкается в мою попу, продавливая анус и входя все глубже и глубже.

— Оххх — люблю первое проникновение при анале.

— Хорошо тебе, девка?

— Д-да — выдыхаю на всхлипе от боли и удовольствия.

В зеркале пузатенький мужик держит меня за талию и вгоняет мне в попу. Голова наклонена и лица почти не видно, кроме улыбки удовольствия. Он начинает более остервенело трахать мою задницу. Чувствую, как будто резинка лопнула где-то сзади и в анусе начинает неприятно жечь, а Гена все ебет и ебет. Но вот его движения становятся более рваными, он дышит тяжело, а я ощущаю, как внутри меня пульсирует его пенис. Он кончает в резинку, тяжело дыша, шлепая меня потной ладонью то по спине, то по заднице. Наконец падает на меня сверху, придавливая. Его измельчавшее достоинство просто выпадает из моей попы, и он как мешок отваливается в сторону.

— Фух, бля, ну на первом рывке не вышло как надо.

— Эй, Гена, ты чего учудил? Ты зачем ей порвал задницу? Мы ж не портим шкуру.

— Увлекся, каюсь. Да какой-то там порвал, так небольшая трещинка. Смотри вон крови нет почти. Пара капель.

— Маш ты как?

— Не знаю. Немного больно и я не смогла кончить.

— Ничего кончишь еще.

Снова голоса, босые ноги. Смотрю в зеркало. еtаlеs Идут все остальные. Кто-то замотан в полотенце, кто-то в открытую с болтающимся хоботком.

— Опа, а чего это у вас тут произошло? — Иван в недоумении.

— Немного треснуло у нее. Ну извини отца, ну не удержался, рванул и вот... — показывает на меня.

— А меня такой ее вид свеже отраханной и со стекающими капельками крови даже еще больше возбуждает — бормочет Степа, и я вижу, как его возбуждение набирает силу.

— Маш, все нормально?

— Да. Там не очень сильно? Я не могу понять.

— Нет, всего несколько капелек крови — шершавый палец круговыми против часовой стрелки водит мне по колечку ануса. — Не больно?

— Нет.

— Ладно. Генчик, раз проштрафился, то будь добр сбегай на кухню, возьми льда в морозилке.

— Ладно, ладно. Заодно пивка еще возьму.

Гена нехотя поднялся, снял резинку с опавшего пениса, затолкал в разорванный пакетик и стал одеваться.

— Ну-с, кто следующий?

— Я хочу — вперед подался Степан с болтающимся из стороны в сторону членом.

— Ну давай, хоботан — беззлобно хихикнул Иван.

Степан не мешкая порвал пакетик с презиком. Одел в одно движение. Ухватился за мои бедра и без особых усилий вошел до упора, смачно шлепнув тазом об мои бедра. И принялся за свое дело. В какой-то момент он убрал одну руку и всунув мне один палец в анус, согнул его и принялся вертеть внутри в разные стороны.

— А попа то разработанная хорошо! — смачно шлепая тазом об мои бедра приговаривал Степан.

Вроде бы и секс, а удовольствия никакого, просто ебут. Я вздохнула и легла щекой на мат. Минут 10 неторопливой ебли и вот Степан тоже финишировал в резинку, напоследок как-то вяло отбрыкавшись и несколько раз шлепнув меня уже вялым членом.

— Хороша девка! Знала бы Павловна как ее внучку сейчас имеют! — обидно, бабушка всегда к ним хорошо относилась.

Дальше был Андрей. Он был нежен, усерден, сношал медленно, держал мои руки в своей, а второй гладил меня между лопатками. Перед его оргазмом я таки смогла кончить, что вызвало аплодисменты, восклицания и всеобщий восторг. Андрей кончил сразу после от конвульсивных сокращений моего влагалища. Он был так хорош в процессе, а кончил как-то одним махом, резко и тут же вышел и все. Где-то в процессе вернулся Гена со льдом и мне приложили несколько кубиков в салфетке к слегка порванной попе. Стало щекотно, но сразу легче. Затем меня протерли.

— Удобно лежать? Ничего не затекло? — Иван появился в моем поле зрения наклонившись ко мне.

Я увидела его член и стало ясно, что вот с ним то как раз точно скучно не будет. Он наклонился еще ближе.

— Сейчас я буду трахать твою жопку. Я не люблю церемоний. Я не мастерский любовник. Меня интересует только мое удовольствие. Ты уже увидела какой у меня. Хочешь кричи, хочешь стони. Кончишь — твое право, нет — не обессудь.

— Иваныч, кончай шептаться, тут другие ждут!

— Понятно — я сглотнула слюну.

Он ушел мне за спину. Снова звук рвущейся упаковки от презика. Пару мгновений и в попу уперлось основательно большое оружие.

— Ну-ка вдохни и потужься немного — я сделала как он сказал.

Дубина проскользнула в меня без особого сопротивления, но распирающий размер все же заставил дернуться, со стоном выдохнуть и всхлипнуть.

— Вот Иваныч сейчас покажет ей что да как!

Он трахал меня размашисто, не церемонясь как мне, с большой амплитудой, почти выводя и снова вгоняя обратно. Каждый глубокий вход завершался ударом об мои ягодицы от чего мои ноги отрывались немного от пола и меня слегка кидало вперед, но он держал железно и уверено, и я возвращалась в позицию.

— Знаете парни, я вот не раз уже это говорил, но, когда я так ебу телку, у меня ощущение будто мой член — это снаряд в крупнокалиберном стволе. Вон и эта тоже возвращается каждый раз — комментировал он свою еблю.

В очередной раз он загнал особенно глубоко и у меня неприятно кольнуло в животе.

— Ай!

— Что, больно?!

— Да — слезы потекли из глаз.

— Терпи! Я уже на грани. Сейчас заканчивать буду. А когда заканчиваю, я ебу так что мне вообще фиолетово как оно девке. Так что терпи — Иван снова вогнал до той точки, где кольнуло. — Заткните-ка ей рот, а то будет орать как резанная.

Мне заткнули рот, несмотря на мои попытки протеста и тут началось.

Ухватив меня еще крепче за бедра, Иван стал в бешенном темпе вгонять каждый раз доставая куда-то туда, где покалывало и было неприятное ощущение. В животе появилось неприятное ощущение. Ягодицами ощутила теплую вязкую влагу. Как могла кричала через полотенце, но бестолку.

Вот он еще больше ускорился. На спину прилетали какие-то капли. Я ощутила его финиш. Было впечатление будто презерватив внутри меня порвался, и он спускает прямо в меня, а потом пришла боль.

— Херасе, Иваныч, да ты ж ее совсем порвал!

Он отошел в сторону. Я видела его в зеркале. Весь в поту, на лбу испарина. Опадающий пенис перемазан моей кровью. Он подошел ко мне.

— Прости, девочка, не сдержался. Давно мы такую не драли...

Мне оставалась лишь молча заревано кивнуть.

— Пойду я, пожалуй, домой парни, больше у меня сегодня уже не встанет...

— Эй, ты чего соскочить решил?

— Нет, но мы перешли черту. Если она пойдет потом к ментам, мы сядем все и надолго, а что делают с насильниками в тюрьме думаю объяснять не надо.

— Да, ладно, ну порвали чуть попу, до свадьбы заживет.

— Нет, парни, все я домой.

— Ну и вали.

— Ну что пустим девку по кругу? Хоть не зря время проведем, если уж последний раз! — Гена отсалютовал всем бутылкой дешевого пива.

Следующие несколько часов меня сношали, трахали и ебли как последнюю шлюху. Попу больше не трогали, но на влагалище оторвались по полной. В какой-то момент я отключилась и потом будто в пьяном бреду наблюдала как размытые тени в зеркале долбят меня сзади и ощущала только толчки. Пришла в себя я, когда меня трахал Степан, он вынул и смачно слил мне на спину. Руки были липкие. Полотенце подо мной скомкалось и было мокрым от пота. На лице и рядом были свежие и уже засохшие следы спермы. Очередной ебарь смачно подрачивая подошел к моему лицу и взяв другой рукой меня за затылок, начал оргазмируя сливать мне на лицо. Попало в глаза, затекло в рот. Сперма на вкус оказалась блевотная. Я сплюнула. Он ударил меня членом пару раз по лицу и отошел. Меня снова трахали. Я уже просто молча лежала и терпела.

Через какое-то время послышались шаги.

— Вы все еще тут? — Иван вернулся.

— Да! Если сядем, так хоть натрахаем сучку по самое не хочу! — Степан сидел на гимнастическом козле, потягивая пивко.

— Да не парься, Иваныч, вон Димон сейчас в нее спустит и будем завершаться.

Трахающий меня резко финишировал.

— Ну и блядина — презрительно процедил он и вывернул мне на лицо содержимое своего презерватива. — Короче я сваливаю, а вы тут дальше ее приводите в порядок и отправляйте домой.

Остальные тоже засобирались. Остались только Иван, Федор и Степан. Я продолжала лежать связанная на матах, а они просто сидели и молчали.

— Ладно, завершаемся — Иван достал нож.

Он разрезал стяжки, снял полотенце с моих рук, поцокал языком и прокомментировал, что останутся небольшие следы и полотенце в этот раз не спасло, поднял меня от мата, взял на руки и понес в душ. Сопротивляться не было сил. В душе он дал мне два полотенца и включив воду и воткнув мне в руки простецкую лейку, молча вышел из душевой.

Какое-то время я просто сидела, осмысливая произошедшее. Встать на ноги из положения сидя не вышло. Пришлось встать раком и подняться уже с колен. Между ног саднило, задница болела. Кое как добрела до полотенец и взяв меньшее приложила к промежности. На полотенце на уровне ануса была кровь. Хорошо хоть не много и светлая. Аккуратно нагнулась, опираясь на стену и дотронулась до ануса. Он распух, болел при прикосновениях и пальцы сразу стали мокрыми. Посмотрела на руку — кровь. Морщась ощупала еще раз. Две небольшие трещинки на сфинктере, но уже рубцеватые, откуда же кровь. Всхлипывая и морщась, ввела палец внутрь. Так и есть на внутреннем сфинктере небольшой разрыв.

— Что это ты делаешь? — Иван застыл в дверях душевой с пакетом в руках.

— Мрази! Могли бы так не рвать!

— Да, ты сама, овца тупая подписалась на все!

— Откуда я знала, что вы так ебать будете?! Говорил мне Степан свалить пока есть время, а я дура решила, что будет интересно.

— И как оно, интересно?

— Не очень...

— Ладно, я тут тебе принес памперсы и медикаменты. Наш человек на машине будет ждать у спортивной площадки. Как будешь готова он отвезет тебя домой. Бывай! — от души хлопнув дверью он ушел, а я осталась наедине со своей глупостью, проблемами и тем что я уже который раз попадаюсь как тупая овца в лапы к волкам.

Кое как помылась. Долго сидела с лейкой между ног на холодной воде, пока сгустки крови не перестали уплывать в сливное отверстие. Добралась до пакета. Памперс для взрослых, ректальные свечи, мазь от геморроя, обезболивающее. Выпила таблетки, морщась ввела свечку, намазала кремом. Одела памперс. Вышла обратно в зал. Там было пусто. Куча матов, на которой меня имели, была разбросана по залу. Идя к своим вещам, я наткнулась на тот, на котором меня имели. Пятна крови и спермы были затерты и почти не видны. Пахло хлоркой. Кое как втиснулась в памперсе в облегающие шорты, но сразу стало легче, толи обезболивающее подействовало, толи фиксация за счет шорт. Одела футболку, морщась от боли в заднице, наклонилась и одела кеды. На заднике одного засохли капельки крови.

Бросила пакет на пол. Натянула кепку пониже и

вышла. Прошла тем путем, которым мы шли со Степаном, разговаривая о том, что будет. Остановилась в том месте, где останавливались тогда, и он говорил, что еще можно сбежать. Вышла в вестибюль. Взгрустнулось, когда вспомнила как при бабушке бегала тут маленькая и двое из тех, с кем сегодня трахалась, играли со мной.

Вышла на задний двор. Машина была на месте. Большой черный мерседес с тонировкой. Откуда у работяг такое? Дверь открылась. Иван приглашающим жестом, как тогда вначале, указал мне на сидение. Поколебалась, но села.

— Куда тебя отвезти?

— Шахтерская, 29

— А тут не далеко. Вадим, двигай — это уже водителю.

— На какие деньги такое счастье?

— Почему тебя это интересует?

— Вы меня сегодня драли своей бандой как хотели, думаю я имею право спросить такую простую вещь.

— Грешки прошлого и настоящего скажем так. К ментам пойдешь?

— Нет.

— Могу узнать почему? Или тебе все же понравилось?

— Не понравилось и повторять не намеренна!

— А никто и не говорит о повторять, хотя жаль... — задумчиво глядя в окно, протянул он. — Так почему не пойдешь к ментам?

— Это к тем, с которыми вы вероятно водку пьете и которые у вас тут все кореша и на мази?

— Есть ведь и другие...

— Есть, но я сама согласилась. Да, дура. Мерзко идти и рассказывать все это, проходить экспертизы и говорить везде, что понимала, но все равно согласилась.

— Понятно. Хорошо, что понимаешь. Умная девочка.

— Была бы умная, послала бы нахер предложившего!

— Зато опыт, какой никакой...

— Да уж...

— Хоть что-нибудь понравилось?

— Все до того как стали трахать. Водитель, что тоже в теме? Спокойно так слушает.

— Да, Вадик тоже бывает с нами, но сейчас у него работы много. Да, Вадик?

— Да, Иван Иваныч — Вадим, не отвлекаясь плавно вел машину по алее мимо озера.

Я поёрзала, устраиваясь удобнее. В попе кольнуло, и я сморщилась.

— Очень больно?

— А пусть вас кто-то трахнет в жопу с особым азартом, тогда и узнаете?

— Да трахали уже, знаем... — он отвернулся к окну. — И все же какова ситуация?

— Несколько внешних и внутренних трещин и еще чуть глубже иногда покалывает. Сидеть нормально не могу. Недели две буду жить на жидкой пище и фруктах.

— Ну с твоей то фигурой, тебе только на таком и надо жить.

— За комплимент оно канеш спасибо, но удовольствие так себе.

Мы почти подъехали к моему дому.

— Вот тут тебе еще лекарства, тот кулек кстати где?

— Я его там бросила, в зале.

— Зачем?

— Злая была.

— А сейчас?

— А сейчас как-то все равно.

— Ладно. Вот кулек, здесь кое какие лекарства и небольшой бонус за наши проделки.

Я молча взяла кулек. Мы подъехали к парадному. Щелкнул замок, я открыла дверь мерса. Он взял меня за руку.

— Маш, как бы то ни было, мне было хорошо внутри тебя. Люблю рвать девочек и когда они истекают кровью, и плачут.

— Любите дальше — огрызнулась я, и тяжело вздохнув от очередной вспышки боли в анусе, выбралась из мерса.

Дверь закрылась, мерс молча укатил в том же неторопливом стиле. Молча поднялась на свой этаж. Открыла дверь. Дед все еще не вернулся с рыбалки. Разделась. Сходила еще раз в душ. Смазала анус проктогливенолом. Выпила две таблетки дексалгина и свалилась спать, еле добравшись до кровати. За окном было ранее утро.

Проснулась почти через сутки, в 2 часа ночи. На телефоне было 2 пропущенных от папы и целый ворох звонков и сообщений от Любовника. Написала ему одно короткое сообщение, что больше не хочу его видеть и иметь с ним какие-то дела. Заблокировала все контакты с ним по всем фронтам. Заглянула в пакет. Достала бонус. Простой конверт. Внутри американские президенты и небольшой листик с номером телефона и подписью «Звони в любое время. Иван». Взяла телефон, положила, снова взяла.

«Если мой будет звонить вам и выяснять, и пытаться найти меня, расскажите ему все что посчитаете нужным, но я больше его видеть не хочу».

Через три минуты пришло ответное.

«Не бойся. Все будет хорошо. Отдыхай.»

Я откинулась в кресле. Какая же я глупая кошка!!! Ну как так можно?!

   

   
   

   

   

   
© Lcherry.ru. Все права защищены!