Перед вами продолжение художественного перевода серии рассказов зарубежного блоггера о парне Томми, и о его пути к принудительной поначалу, но такой желанной в итоге, феминизации.

Всем героям рассказа на момент событий исполнилось 18+ лет.

Прошёл месяц. И назвать этот месяц удачным для Томми Рэдклиффа — это ничего не сказать. Его месть трём девушкам, которые подставили его под групповое изнасилование, удалась, причём настолько, насколько он сам не ожидал!

То видео, которое он втайне снял своим смартфоном, оказалось действительно на вес золота. На видео Тара, Карен и Селеста танцевали с ним полностью голые, целовались друг с другом и сосали его член. Томми создал отдельный сайт, защищённый паролем, и, с помощью него начал шантажировать тройку Неприкасаемых. И Томми, и девушки понимали ценность этого видео. Если оно попадёт в общий доступ, то элитный статус Неприкасаемых развеется, как пыль. В то же время, Томми, будучи УЖЕ на нижайшей социальной ступени колледжа, только бы приобрел вес в глазах общественности — ведь о том, чтобы получить минет от такой девушки, как на видео, мечтал любой парень их лет.

Итак, в чём же заключалась месть Томми троим зазнайкам? Он хотел, чтобы все они стали его девушками! Не настоящими, конечно. Он ненавидел их почти так же, как и они его. Но они теперь обязаны были ходить с ним под ручку на людях, улыбаться ему, и периодически целоваться с ним, как если бы они действительно встречались с ним. А в конце учебного дня, уже наедине, они должны были делать ему минет — уже по-настоящему. В этом и заключалась его сладкая месть.

С его точки зрения — это была идеальная справедливость — после всего того, что они сделали с ним. С их точки зрения, естественно, всё было наоборот. И каждый день Томми приходилось сталкиваться с большим количеством криков, угроз и скрежетанием зубов, но в итоге, им ничего не оставалось, как исполнять то, чего он хочет.

В первую неделю он «встречался» с Тарой. Она должна была встречать его после пар, и, взяв его под руку, сопровождать его на следующую пару. Иногда Томми требовал, чтобы она при этом поцеловала его в губы при всех, и она, конечно, не могла отказать. Хотя внутри она буквально пылала от ярости и отвращения, в её интересах было не показывать этого, а притвориться, что Томми действительно был её парнем. Девушка оказалась на удивление хорошей актрисой. Иногда даже Томми начинал забывал, что она только притворяется.

Все другие учащиеся были в изумлении. Они недоверчиво провожали взглядами эту странную парочку, каждый раз, когда те показывались в коридорах колледжа. Слухи и гипотезы распространялись со скоростью лесного пожара. Почти у каждого была своя особая теория, почему это одна из Неприкасаемых встречается с Томми Редклиффом. Когда кто-либо спрашивал об этом Томми напрямую, он в ответ многозначительно молча улыбался, как бы давая понять, что джентльмен никогда не раскроет таких пикантных секретов. Общественный статус Тары как будто бы не был затронут этим всем, но Томми же стал знаменитостью. Парни, имён которых он даже не знал, давали ему «пять» в коридорах, а симпатичные девушки мило улыбались ему и сами начинали разговор. Внезапно Томми поднялся из самого низа в элиту колледжа.

Но даже лучше, чем удовольствие от его нового статуса, было удовольствие от обязательного минета в конце учебного дня. Так как родители Тары никогда не возвращались домой до поздней ночи, Томми проводил вечера именно у неё дома. Обычно он требовал, чтобы она принесла ему банку газировки, и тогда, устроившись удобно на кресле, спустив штаны, он с удовольствием принимал умелые ласки её ротика. В этом деле у неё был неожиданно большой опыт. И, так как, чем быстрее Томми кончал, тем быстрее она освобождалась от противного ей занятия, то она использовала все трюки и техники минета, чтобы заставить Томми быстрее кончить. Обычно Томми не выдерживал больше трёх минут и со стоном удовольствия выстреливал спермой прямо в ротик Таре, причём по их уговору, она должна была это всё проглотить. Да, наверное в первый раз за много лет, мальчик мог сказать себе — неплохо быть Томми Редклиффом!

Во вторую неделю он «встречался» с Карен. Все другие ученики были ещё больше озадачены. Снова по колледжу ходили слухи, и снова Томми молчал, как рыба, и, похоже, что, как бы ни пытались объяснить это всё Неприкасаемые, им никто особо не верил.

Затем наступила очередь Селесты. Так как она одна оставалась из троицы красавиц, кто ещё не был замечен с Томми, то никто уже не был особо шокированным, когда она стала появляться в коридорах под ручку с ним. Все понимали, что происходит что-то неординарное, но, казалось логичным, что, если уж Тара и Карен начали встречаться с Томми, то и очередь Селесты настанет рано или поздно. Атлетичная блондинка оказалась такой же хорошей актрисой, как и её подружки, и играла свою роль с такой неподдельной искренностью, что трудно было поверить в обратное, кроме тех случаев, когда она «случайно» становилась всем весом на палец его ноги, или до крови кусала его губу во время поцелуя.

Третья неделя близилась к концу, и Томми уже строил планы на следующую неделю. Соглашение Томми с Неприкасаемыми включало только эти три недели, но они, как и он сам, понимали, что мальчик на этом вряд ли остановится. И поэтому он продолжал планировать продолжение своей мести. Ночью, в своей кровати, с торчащим от возбуждения членом, он представлял, ЧТО ИМЕННО он заставит троих красавиц делать с ним, по одной, парой, а иногда и прямо втроём!

И поэтому, в пятницу вечером, когда он успешно кончил в ротик Селесте, он сказал всё ещё кривящейся от вкуса его спермы девушке, что в понедельник вечером вся их троица должна встретиться с ним у Тары дома. Мальчик намекнул, что у него на уме кое-что необычное и пошлое, в которое будут вовлечены все они трое, и лучше бы им захватить лишние трусики.

Селеста восприняла эту новость стоически, и пообещала передать его приказ остальным. Томми же провёл все выходные в сладостном предвкушении и детальном планировании.

Но с самого начала дня всё пошло не совсем так, как он предполагал. Сначала, Тара сказала ему, увидев его в колледже, и, подарив обязательный поцелуй в губы, что её родители весь понедельник будут дома, так что им придётся встретиться в домике для гостей, в комнате над гаражом. Томми был не против, и в семь часов ровно он подъехал к дому Тары на своём велосипеде.

Гараж оказался большим, примерно на шесть машин, и стоял довольно далеко от дома. В окне гостевого домика на втором этаже горел свет. Томми припарковал велик в тени у ухоженной живой изгороди и поднялся по лестнице в конце здания. Он предвкушал картину запланированного действа, когда трое совершенно голых девушек окружили его член и соревнуются за право быть первой.

Когда он зашёл в большую комнату, огни в ней были притушены, и трое красавиц угрюмо сидели полукругом — Тара на стуле, а Карен и Селеста на кушетке, прижавшись друг к другу. Единственным свободным местом перед ними было кресло, завершавшее круг. Скалясь, Томми поприветствовал их и занял своё место.

— Итак, — сказал он, — Я уверен, что вам просто не терпится узнать, что я запланировал на сегодня. Не говоря уже об остальной части месяца. Ведь на следующую неделю я задумал...

— Давай ты просто расскажешь о сегодняшнем вечере, — прервала его Тара. — Я даже думать не хочу о том, что твоё больное воображение задумало на будущее.

— Ну, что ж, хорошо, давайте по порядку, — произнёс Томми, немного раздосадованный, что его так долго подготавливаемая речь пропала впустую. Но обещание немедленных сексуальных наслаждение было довольно неплохим утешительным призом. Он уже раскрыл рот, чтобы поделиться своим великолепным планом, но тут Карен прервала его.

— Давай угадаю, — сухо сказала она. — Ты хочешь, чтобы мы полностью разделись, не так ли? И, наверное... Вот это поворот... Ты хочешь, чтобы мы все одновременно сделали тебе минет... Не так ли?

Она почти дословно угадала его план. Откуда она могла знать? Волнуясь, он кивнул, и, заикаясь, произнёс:

— Эм, да, эт так. Это, кхм, будет таким себе соревнованием за право...

Его голос затих, когда они тут же начали раздеваться. Отстранённо, они стягивали с себя один предмет одежды за другим, с неохотой открывая его взгляду прелестные контуры их молодых тел. Ослеплённый их красотой, Томми мог только смотреть, восторгаясь зрелищем. Их юные, созревшие тела были идеальны, с какой стороны ни посмотри. Мышцы упруги, кожа гладкая и шелковистая, груди с тёмно-розовыми сосками задорно торчали, подпрыгивая в такт движениям их тел. Мальчик был заворожен зрелищем, в то время, как Неприкасаемые покорно стояли перед ним во всей своей первозданной красоте.

Он всё ещё смотрел на них, пытаясь запомнить каждую деталь, когда они, не сговариваясь, подошли к нему и стали на колени перед его стулом. Без напоминания девушки начали раздевать своего мучителя, при этом вся его помощь заключалась в том, что он приподнял свой зад со стула, позволив им снять с него штаны и трусы. Спустя пару секунд он был полностью голым, ёрзая в нетерпении на кресле, в то время как красавицы сложили его одежду в стороне и начали проводить своими пальчиками вверх и вниз по внутренней стороне его бёдер, дразня его. Всё было, как в его сексуальной фантазии, разве что они делали это всё без принуждения — как будто читали его мысли! Тара провела языком по его бедру, поднимаясь всё выше и выше к промежности, в то время, как язык Карен начал свой путь с его плоского живота, опускаясь ниже. Ощущение от двух влажных язычков, подбирающихся всё ближе к его возбуждённому пенису так захватило Томми, что он даже не заметил, как Селеста тихонько зашла ему за спину.

И тут они накинулись на своего шантажиста. Селеста одним быстрым движением залепила его рот широкой лентой изоленты, а её подружки, пользуясь тем, что их руки были не на виду, когда их язычки начали своё дело, быстро достали из-под кресла, на котором сидел Томми, мотки верёвок. Борьба оказалась короткой. Девушки хорошо распланировали это всё, а по весу и по объему мышц каждая из них ни в чём не уступала худенькому и невысокому Томми. Он отчаянно отбивался, но у него изначально не было никаких шансов. Вскоре он уже лежал на ковре, надёжно связанный, хныкая от унижения. Несколько верёвок пересекали его грудь и ноги, но основные витки, которые и держали его в этой неудобной позе, соединяли его запястья с щиколотками. И всё, что он мог это беспомощно дёргаться, широко раскрыв от страха глаза.

— Ну а теперь, — триумфально произнесла Тара, восседая перед Томми. Её нагая грудь высоко вздымалась после всех этих усилий, а волосы были взъерошены. — Теперь слушай, Томми, как всё будет.

Девушка наклонилась с жестокой улыбкой прямо к лицу Томми, взгляд которого, даже несмотря на всю ситуацию, продолжали притягивать её набухшие розовые соски.

— Мы долго терпели всю твою чепуху. С этого момента командовать будем мы. Ты скажешь нам, как удалить это видео. Мы уничтожим каждую копию, и твоя больная игра закончится. Навсегда.

Томми упрямо замотал головой. Ничего не изменилось. Он всё ещё имел над ними власть. Разве что они убьют его. Но он был почти уверен, что до такого не дойдёт. Так что же они задумали? Почему они считают, что их план сработает?

Тара приблизилась еще больше, уперевшись локтями в пол. Он чувствовал аромат её туалетной воды и лёгкий запах здорового пота. Её улыбка стала просто зловещей.

— Понимаешь, Томми, за эти три недели, когда ты заставлял нас каждый день доводить тебя до оргазма, мы кое-что заметили в тебе.

Её палец начал выводить круги по его груди, легонько касаясь его чувствительного соска.

— Когда ты сильно возбуждаешься, ты теряешь на какое-то время контроль над своим поведением, не так ли, Томми?

Её палец начал спускаться ниже по животу.

— Мы наблюдали за твоим поведением, когда тебя трахали в попу трое мужчин. Мы также неоднократно видели, как ты реагируешь, когда тебе сосут член. И в том и в том случае ты неизбежно доходишь до той точки, когда ты уже не можешь адекватно соображать, не так ли, Томми?

Подушечка её пальца достигла его пениса, и начала легонько гладить его основание.

— И в этот момент всё, о чем ты можешь думать — это вот этот малыш у тебя между ног, не так ли? Всё другое в этот момент для тебя не важно.

И, как будто доказывая её правоту, его член, в ответ на её действия, начал снова вставать. Тара хихикнула и наклонилась так близко у мальчику, что её губы оказались буквально в сантиметре от клейкой ленты, наклеенной на его рот.

— И именно так мы заставим тебя сделать то, что нам нужно, Томми. Ты УЖЕ не можешь сопротивляться, а мы ещё даже не начали. Вот подожди немного...

Одним движением она встала на ноги, смеясь, оставив поражённого мальчика гадать, а не была ли она права. Он знал, что у него действительно была такая особенность. Но он никогда не мог подумать, что из-за этого он потеряет рычаги воздействия на этих троих! Эти три недели были лучшими в его жизни, и он ни за что не хотел их прекращать. Нет, пообещал он себе, он будет непоколебим, что бы они с ним не сделали.

И вот, истязание наслаждением началось... Карен и Тара дразнили своими ловкими пальчиками его член и яички, в то время, как белокурая Селеста осталась за его спиной, скользя смазанными пальцами между его ягодиц. Тара с подружкой гладили и щекотали его своими длинными наманикюренными ногтями, их лица были так близко, что он мог буквально чувствовать их горячее дыхание на своём пенисе. Несмотря на твёрдую решимость не отвечать им, его член уже стоял столбом. Вытаращившись, он смотрел, как они дразнят его, и всё, что он мог сделать, это легонько шевелиться в своей обвязке. Вскоре они по очереди скользили по его пенису, шепча слова ободрения. Кончики их пальцев щекотали его тугую мошонку и кожу его промежности, но всё их внимание было направлено на его член, и он не мог отвести взгляда от их манящих напомаженных ротиков. Тем временем Селеста облизывала его уши и шею своим горячим влажным язычком, лениво орудуя тонким скользким пальчиком в его нежной попке.

Совсем скоро глаза Томми остекленели, и он перестал внятно соображать. Он был так возбуждён, что тихонько постанывал и поскуливал от наслаждения. Но когда они сорвали изоленту с его губ и потребовали пароль, он всё же сохранил остатки силы воли, чтобы с уверенностью отказать им.

— Мне кажется, я знаю, что ему нужно, — произнесла Тара.

Внезапно снова возник ворох верёвок, и девушки начали развязывать его и связывать по-новому. И вот он оказался лицом вниз на ковре, опираясь своим весом на плечи и на колени. Щека его была прижата к полу, а руки проведены между ног, заново привязанные запястьями к щиколоткам. Его голая попа торчала кверху, а ягодицы были широко разведены. Томми извивался из стороны в сторону, пытаясь принять менее уязвимую позу, но это было невозможно. Тара вклинилась сзади него, поставив свои колени между его ног, не позволяя ему сомкнуть их. Он задрожал, когда её пальчик легкими кругами начал приближаться к его выставленному на обозрение анусу.

— Мы не забыли, насколько быстро ты возбудился, когда те трое парней засовывали в тебя свои члены, Томми, — проворковала девушка. — Твой маленький проказник тут же стал твёрдым, и стал прямо выстреливать смазку, не так ли? Кажется я знаю, что именно нравится Томми больше всего на свете.

Мальчик захныкал в изоленту, которая закрывала его рот, пытаясь вырваться в новом, отчаянном рывке. Его глаза раскрылись в ужасе, когда сзади себя он увидел зловещую улыбку на лице своей мучительницы.

— Карен, — произнесла Тара необычно мягким голосом. — Будь лапочкой и принеси нам игрушки, которые мы вчера купили.

Томми начал дрожать сильнее, а Карен ещё даже не вернулась обратно. Он вспомнил, каким брутальным и жестоким

было изнасилование, которому он подвергся три недели назад. Всё это время он пытался не вспоминать об этом, но теперь воспоминания возвращались, заполняя его ужасом, и... другими мощными эмоциями, в которых он сам не мог толком разобраться.

Тут вернулась Карен. Томми услышал шелест бумажного пакета, и тут скользкие пальцы с новой силой вторглись в его дырочку. Мальчик напрягся и застонал. Пальцы свободно скользили в его горячем, скользком анусе. Один палец, два, три, потом и все четыре сразу. А затем, под звуки приглушённого визга Томми, первый фаллоимитатор вошёл в его внутренности.

И пока Тара трахала Томми сначала одним, а затем другим искусственным членом, Карен и Селеста щекотали и дразнили все чувствительные участки у мальчика между ног. Большие количества лубриканта, который сочился из его дырочки, в которой ходил туда-сюда большой член, стекали вниз — к его яичкам и пенису. Но девушки обнаружили, что им следует быть аккуратными, ведь только они начали надрачивать сколький член, как он тут же набух и стал пульсировать. Ещё рано было разрешать ему кончить. Несколько раз они подводили его к финалу, но тут же прекращали, слушая его раздосадованные стоны.

А тем временем, Тара значительно ускорила темп. Она уже успела перейти к третьему, самому большому фаллоимитатору. Он был широкий, с искусственными венами и с удобной ручкой для держания. Она трахала его дырочку этим монстром всё быстрее и быстрее. Томми выл под своим кляпом, видно было, что всё его самоуважение давно уже растаяло. И чем больше он выл, тем больше Тара хотела сделать ему больно, и скоро она загоняла гигантский член в попу мальчика со всей своей силы, пот стекал по её лицу.

И в конце концов, она, обессилев, откинулась на пол, лёжа на локтях. Дыхание с трудом вырывалось из её груди, кожа её обнажённого тела блестела от пота, а в глазах потихоньку угасал дикий блеск.

Теперь, когда они сделали перерыв, девочки внимательно взглянули на Томми, и увидели, что в нём что-то изменилось. Томми не просто отдался страсти, чего они все ожидали, тут было что-то ещё. Он коротко вздыхал, по его щекам стекали слёзы, но его глаза, когда он смотрел на своих мучительниц, были полны покорности, как будто они были его богинями, и всё, что он хотел — это поклоняться и боготворить их. Его член был багрово-красным, из него капала смазка прямо на его связанные руки, а попа ходила взад-вперёд, как будто его до сих пор трахали.

— Что это с ним? — спросила Селеста, вглядываясь вблизи в лицо Томми.

— Не знаю, — озадаченно произнесла Карен. — Кажется, будто он хочет продолжения, но ведёт себя при этом довольно странно. Как думаете, мы не могли свести его с ума?

— Он определённо хочет ещё, — сказала Тара, присаживаясь. На губах у неё появилась нехорошая ухмылка. — Давайте посмотрим, насколько сильно он хочет, чтобы мы продолжили.

Она снова взяла в руку большой чёрный дилдо и прижала его головку к зияющему анусу мальчика. Тот закрыл глаза и благодарно застонал, почувствовав, как член снова проникает в него. Но Тара ввела его только на несколько сантиметров и остановилась, застыв. Томми начал крутиться, затем попытался поднять попу выше, пытаясь захватить больше поверхности резинового любовника. Тара восхищённо захихикала.

— Так я и думала, — сказала она. — Развяжите его. Он хочет член, так вот ему придётся заработать его.

Девушки развязали Томми, хотя оставили его в коленно-локтевой позе. На всякий случай, Селеста надела на шею парня ошейник и крепко схватила рукой поводок, но Томми и не думал сопротивляться. Он оставался в этой же позе, как будто ожидая приказов, всё так же глядя на них своим по-собачьи обожающим взглядом.

— Итак, Томми, — скомандовала Тара. — Я хочу увидеть, как ты сам будешь трахать себя этим дилдо. Я буду просто держать его в одном положении. Ты же должен начать насаживаться на него, как маленькая сучка, которой ты и являешься. Начинай.

К удивлению её подружек, Томми покорно потянулся попой к члену, принимая его в себя. Их удивлённые возгласы переросли в хихиканье, когда он начал насаживаться туда-сюда на член.

— Быстрее! — приказала Тара.

С хныканьем Томми покорился, трахая своим телом стоящий в одном положении фаллоимитатор. Казалось, будто в нём вообще не осталось сопротивления. Он был развязан, он мог вскочить и убежать, но он продолжал делать то, что приказала ему Тара. Она смеялась, наслаждаясь властью, которая у неё была.

— Глубже! — потребовала она. — Прими его всего в себя. Я хочу, чтобы снаружи осталась только ручка!

Томми снова покорился. Пятясь назад, он постепенно наделся своей попой на всю поверхность искусственного члена. Он вскрикнул и вздрогнул, когда член достиг своей максимальной глубины, и свежие слёзы покатились у него из глаз, но он не останавливался. Он определённо делал себе больно, но продолжал трахать себя членом, насаживаясь на него на всю длину снова и снова.

Троица некоторое время наблюдала за ним, и их удивление в который раз уступило место удовлетворению. Они начали понимать, что происходит. Томми стал настолько покорен, что он с удовольствием делал себе больно и унижал себя, лишь бы доставить им удовольствие. Неприкасаемым всегда нравилось иметь власть над парнями, с которыми они встречались, но ТАКУЮ власть над кем-то они даже представить не могли.

— Снимите с него изоленту, — сказала Тара. — Кажется, он готов.

Селеста содрала ленту с губ Томми, и его стоны и хнаыканье стали громче, по мере того, как он продолжал трахать себя.

— Хорошо, Томми, — произнесла Тара тихим, но зловещим голосом. — Сейчас я буду трахать тебя. Я тебя так оттрахаю, что ты заорёшь. Ты, скорее всего, обкончаешь весь пол, что будет чертовские смешно. Но для этого ты должен кое-что сделать...

Томми застыл, не дыша.

— Скажи мне пароль от сайта, где лежит видео.

Томми открыл было рот, но начал колебаться.

— Даю подсказку, что тебя ждёт, если ответишь, — сказала Тара, и, покрепче обхватив ручку фаллоимитатора, начала быстро вводить его внутрь и наружу. В то же самое время, Карен начала надрачивать его член своими скользкими опытными пальчиками. Томми начал подвывать в такт траханию, его голос становился всё тоньше. Тара внезапно остановилась, дав знак Карен, которая тоже убрала руку.

— Теперь, Томми. Говори! — потребовала Тара.

Дрожащим голосом Томми произнёс пароль. Тара подошла к столу и записала его, затем начала одеваться.

— Я попробую ввести его со своего компьютера. Если пароль правильный, я удалю видео. Если нет — мы заставим его пожалеть о том, что он соврал нам! Делайте с ним всё, что угодно, пока я не вернусь, только не отпускайте.

Тара ввела пароль на компьютере в своей комнате. Он оказался верным, и она удалила видео и с сайта, и с облака, где Томми держал копию. В это время вернулись её родители, и ей пришлось остаться с ними и съесть с ними тайский ужин, который они принесли с собой. И только когда они ушли спать в свою комнату, Тару удалось выскользнуть из дому и вернуться в гостевую комнату над гаражом.

Томми лежал на спине. Селеста сидела верхом на его лице, подпрыгивая на нём, в то время, как он изо всех сил вылизывал её дырочку. Его член был туго обмотан тонкой верёвкой. Виднелась только багрово красная головка, а из уретры тонкой струйкой вытекала смазка. Карен же выливала последние капли из бутылки шампанского в рифлёный бокал у бара.

— Что тут происходит? — спросила Тара строгим голосом.

Селеста обернулась и лениво усмехнулась ей.

— Смотри, Томми-бой теперь наш полноценный раб! Он сделает всё, что мы ему прикажем. Как собачка! Это просто великолепно!

— И ты позволила ему лизать свою киску? — спросила с отвращением Тара.

— Нуу... Сначала у него не особо получалось, — невнятно сказала очевидно захмелевшая от шампанского Селеста. — Но мы научили его!

— Я налила тебе бокал, — подняла свеженаполненный бокал Карен, отпив из своего.

— Хм, — сказала Тара, беря бокал, и присаживаясь на кушетку. — Наш раб, говорите?

— Ага, — ответила Карен, хватая пустую бутылку из-под шампанского и ставя её рядом с Томми. — Эй, Селеста, а ну отпусти его на минуту, окей?

Селеста неохотно соскользнула с лица Томми, а Карен взяла конец поводка и резко дёрнула его.

— Так, Томми, — сказала свирепо девушка. — Представление начинается! Вставай и покажи нам, пролезет ли эта бутылка в твою попу!

Поколебавшись всего несколько мгновений, Томми, с лица которого всё ещё стекали прозрачные выделения Селесты, оседлал стоящую бутылку. Тара с трудом сдерживала восхищение, когда мальчик с трудом вводил горлышко бутылки себе в анус. Он смотрел в одну точку на полу перед собой, и она видела, что он покраснел от смущения, но он не мог ослушаться приказа Карен. Раздвинув колени, дрожа, как листочек, он начал плавно опускаться на бутылку. С каждым сантиметром бутылка значительно расширялась. Он ввёл в себя сантиметров десять, и тут он вскрикнул от боли и остановился. Ширина той части бутылки, которая УЖЕ скрылась в его заду, впечатляла.

— Ну же, сладкая попка, — насмешливо поддразнила Карен. — Ты же можешь ещё глубже!

Томми пытался изо всех сил. Он крутился, извивался и подскакивал, задыхаясь и хныкая, пытаясь сесть всё глубже на бутылку. Карен не удержалась и начала хихикать, и вскоре Селеста последовала её примеру. Они искренне наслаждались добровольными мучениями Томми.

Тара же тихонько попивала свой напиток, глядя на Томми с задумчивой улыбкой. У неё рождались идеи. Злые, издевательские и такие притягательные. Если Томми стал настолько покорен, то она могла найти ему кое-какие применения! О, да, ещё как могла...

Сексуальные приключения Томми только начинались!

Продолжение следует...

   

   
   

   

   

   
© Lcherry.ru. Все права защищены!