Большие, теплые пальцы жирно размазали холодную смазку по анусу. Вова немного испуганно подался вперед, это было не так, как с Юлей.
— Ну, ну, мальчик, не стоит! — те же пальцы взяли за бедра и силой двинули обратно.
Вспышка боли обожгла анус. Такого Вова еще никогда не ощущал, это было очень больно. Все, на что хватило сил, всего лишь закусить подушку и всхлипывать.
Юля продолжала тихо учиться, вслушиваясь как ее отец инициирует ее нового партнера.

Вова был обычным парнем, не примечательным, но милым. Он жил с родителями. С папиного толкача поступил после школы в университет, с горем пополам проучился полтора курса и его вышибли за постоянное разгильдяйство.
— Раз ты такой чудак на букву М — молвил ему отец, вечером, когда Вова рассказал про универ. — Значит делай что хочешь, но больше от меня ты ни копейки не получишь.
Вова молча ушел в свою комнату и сел на кровать. Жизнь начинала превращаться в откровенную задницу. Он совсем не ожидал такой реакции родителей. Мать просто перестала с ним разговаривать, а реакция отца пугала его до мокрых ладошек. Он взял телефон и набрал Юлю, она была единственной, кто понимал его таким каков он есть.

— Привет...
— Привет, Вов — Юля как обычно говорила немного отстраненно, видимо он застал ее всю в делах.
— Ну, в общем... меня отчислили.
— Закономерно.
— Мать перестала разговаривать и снова курит, а отец сказал больше денег не даст и делай чего хочешь короче.
— Понятно. Что будешь делать?
— В ванную пойду. Я замерз.
— Глупостей только не делай. Завтра приезжай ко мне после обеда.
— Хорошо.

Закончив говорить, Вова посмотрел на часы телефона. 20:38. За окном слышались последние детские вопли. Вове очень захотелось сейчас вернуть все вспять, снова стать маленьким, вернуться во времена, когда он приходил с разбитыми коленками домой и мама лечила, а папа говорил что надо крепиться и быть мужчиной. Но то время было уже не вернуть. Он встал и подошел к двери, прислушался, в коридоре было тихо. Осторожно открыл дверь. Дверь в комнату родителей была закрыта, под дверью мерцал свет. В зале так же горел свет и ощутимо тянуло сигаретным дымом. Он тихо крадучись, пробрался в ванную, запер дверь на задвижку, разделся, посмотрел на себя в зеркало. Он был обычным, не красавец, но и не урод, достаточно высок. Обычное телосложение, обычное лицо, непримечательная мускулатура и ничем не выдающееся мужское достоинство. Вова часто ловил себя на мысли, почему красавица и умница Юля уцепилась за него и дарит ему такое наслаждение жизнью, отношениями и сексуальными играми с ее идеальным телом. На самом деле Вова идеализировал Юлю. Она была невысокой, подтянутой, с аппетитной персиковой попой, носила короткую прическу каре или ежик, но при том была редкостной стервой, завистливой, эгоистичной и злопамятной. Она представлялась Вове ангелом во плоти просто потому, что но был типичным подкаблучным парнем, для которого любое влияние женщины уже высокая цена.

Вова включил воду и сел в ванну. Теплая вода приятными потоками обернула тело, стало легко, появилась нега. Блуждающий Вовин взгляд зацепился за отцовскую опасную бритву.
— «Сейчас вот так раз и все мои проблемы исчезнут, и перестану быть обузой для всех» — пронеслось у него в голове и он взглянул на свои запястья.
Он вспомнил маму, отца. Вдруг взгрустнулось. Ему стало больно и стыдно от того, что они увидят когда теплая вода смешанная с кровью затопит ванную и польется в коридор. А вдруг они затопят соседей снизу и его смерть принесет только еще большие проблемы. Он представил как все плачут на его похоронах. Ему было трудно и стыдно. Он был трусом. Естественное желание жить, никогда не дало бы убить себя. Он съехал спиной ниже по стенке ванны и непроизвольно взялся за член, ощупал мошонку и коснулся ложбинку задницы. Вспомнился тот день, когда Юля делая ему минет, проникла пальцем ему в анус. Как она трахала его пальцами. Как он бурно кончал и визжал как девчонка от оргазма. Как она радовалась, что нашла в нем нечто особенное и предвкушающие потирала руки. Как он радовался вместе с ней и волновался, что такое она задумала. Как после она уговаривала его принять в себя купленный ею страпон и как он болезненно смотрел ей в глаза, пытаясь увидеть там свою девочку, а видел лишь азарт и желание сделать из него девчонку. И он уступил ей.

Она трахала его с удовольствием, набиралась опыта, они пробовали разные позы, экспериментировали. Затем она купила ему анальную пробку и он стал носить ее даже днем на пары. А когда они встречались, она с азартом трахала его в задницу в разных позах, засовывала туда разные предметы. Он был рад угождать ей, ведь натрахавшись, она пускалась ласкать его и давала ему доступ ко всем своим дырочкам. Вова никогда не считал себя умелым. Единственное, что он хорошо умел, это лизать. О да, в этом он был мастер. Он зализывал Юлю до потери сознания, а она извивалась и изливалась соками отчаянного возбуждения, неги и истомы ему в рот, на простыни и на все вокруг. И так пока ее отец не возвращался — они были обычной семьей.

Вова всегда побаивался ее отца. Тот был молчаливым человеком и всегда пристально изучал Вову, когда тот попадался ему на глаза или лепетал что-то о том, что позаботиться о его дочери в клубе. Однажды тот вернулся раньше и обнаружил свою дочь трахающую своего парня, а тот визжал как девочка. Он ничем не выдал своего присутствия, но сев на кухне за стол, с удовольствием выпустил на свет резкое уплотнение в штанах.

Однажды Вова крупно сглупил. Взяв деньги в кредит с банковской карточки, он не успел вовремя вернуть и банк обязал его выплатить сумму, и проценты. Когда позвонили коллекторы, Вова был испуган не на шутку. Со своей проблемой он пришел к любимой Юле, которая тут же предложила неординарный вариант заработать, отдать долги и еще останется на клубы и тусовки. Предстояло на веб-камеру по скайпу показать, как его девушка трахает его страпоном. За это обещали триста долларов. Вова метался в поисках решений еще несколько дней, но в конечном итоге согласился и в назначенный день стоял голый, раком на постели своей возлюбленной, оттопырив попу и краснея под маской новогоднего поросенка.

Юля тем временем в маске прикрывающей лишь глаза, с удовольствием на камеру рассказывала и показывала как она смазывает, готовит и трахает своего милого мальчика. Как у того встает, от того что его трахают как девочку. Вова только краснел, терпел и получал те излишки удовольствия, когда Юлин страпон задевал то интересное место внутри мужской задницы, что именовалось простатой. Член стоял и болтался между ног — с этим Вова ничего поделать не мог. Из колонок компьютера по веб-конференции слышались аплодисменты, одобрительные возгласы, грязные матерные слова и приказы как Юле еще трахнуть бедного Вову. Юля с удовольствием выполняла команды зрителей, а Вова лишь слышал как его поносят, а ее восхваляют. Через какое-то время все кончилось. Брякнул телефон сообщая, что долг погашен, а баланс карты ощутимо ушел в плюс. Юля выключила веб-конференцию, Вова без сил упал на постель.
— А от этого будет польза — последнее, что услышал он перед тем как уснуть.

Он забыл о тех словах, забыл о том моменте. Их отношения продолжались. Их опыт нестандартного поведения рос. Как-то на общей тусовке Юля отвела Вову в комнату, где был другой парень. Парня звали Макс. Он был старше на 10 лет. Оказалось он давно знает Юльку. Она шепнула Вове, что хочет посмотреть как тот ласкает другого парня. Вова чуть не упал в обморок от таких заявлений, но Юля дала слово, что он получит ее и ее подругу Настю, если выполнит то, что она сейчас просит. Вова давно мечтал побыть на роли тех актеров порно, что трахаются с двумя девушками. Колебание прервал голос Макса.

— Я долго ждать не буду, или он сосет или нет!
— Эй, малыш, ты ведь хочешь меня и Настеньку?! — дьяволенок внутри Юли, заставил Вову кивнуть.
Она толкнула его в спину и он брякнулся на коли между ног Макса. Тот тут же вывалил свое хозяйство прямо под нос. Хозяйство было большим, вялым, пахло мочой и потом. Подруга тут же прыгнула Максу на колено и уставилась на своего «суженого». Вова посмотрел вверх на парочку и решив, что лучше уж немного унижения и грязи, но потом он натрахается вволю. Член был большим и соленым, пах немытым телом. Как такового вкуса у него не было. Просто отросток кожи, постепенно увеличивающийся и заполняющий рот. Вова сосал как умел, применяя свои знания в кунилингусе.
— Давай-ка яйца полижи! — Макс рукой прижал Вову за затылок к своим яйцам. — Вот так! Вот так! Лижи мужские яйца, сучка! Лижи их! Так! Так!
Вова лизал и чувствовал себя последним дерьмом. Его девушка сидела на коленях у парня и наслаждалась тем, что ее парень сосет и облизывает яйца здоровому дядьке, еще и ее давнему знакомому.

— Не умеет он сосать — Макс оторвал Вову от своей промежности и влепил смачную пощечину. В шоке, Вова отпрянул в сторону.
— Смотри чмо как надо сосать — Макс ссадил Юльку себе между ног и та сразу без проблем заглотила его член до основания.
Она сосала у наслаждением, с упоением, вертела своей аппетитной попкой. Макс лишь одобрительно гавкал и вворачивал разные матерные словечки, которыми по его мнению он выражал ей свою похвалу. Юля не слезла ртом с члена даже когда Макс начал кончать. Он схватил ее голову и подбородок и держал пока все не стекло ей в рот. Затем смачно плюнул туда же и тоже влепил ей пощечину.
— Сучата бл*дские! — и ушел обратно на тусовку.
Вова подполз к Юле. Та отплевывала сперму. Он взял ее лицо рукой и долго до боли всматривался ей в глаза. Стараясь не попадаться на глазу тусующимся, парочка по отдельности посетила уборную и уехала с тусы. Всю дорогу в такси молчали.

Вова откинулся в ванной. Воспоминания былого щемили радостью в душе, но и больно жалили.
— Эээ слыш, тунеядец, ты перед тем как так воду тратить, сначала принес бы хоть копейку в семейный бюджет! — рев отца за дверью ванной и удар кулаком в дверь вырвал Вову из раздумий.
— Эй, малой?! — голос отца стал чуть тревожнее.
Два сильных рывка и дверь обиженно скрипнув щеколдой, отворилась. На пороге стоял злой, но немного перепуганный отец. Вова вообще побелел как мел. Отец бросил взгляд на белого Вову, затем на свою полку с бритвенными принадлежностями, затем снова на сына и на стекающую в сток воду. Вода была нормального прозрачного цвета.
— Давай, кончай мыться и дуй спать, щенок! Будем завтра решать, что делать с твоей задницей!
Вова испуганно закивал, все еще фокусируясь на отце и вскочил, принявшись домываться.

— Хоть бы в зал пошел, да потом в рэкет подался, глядишь вырос бы хоть каким человеком — отец критично и как-то брезгливо оглядел фигуру голого сына, и ушел.
Вове стало муторно и затошнило от такого отношения. Он снова посмотрел на опасную бритву, вздохнул и вылез из ванны. Вытерся, тихо пробрался к себе в комнату. Есть не хотелось и кусок не лез в горло. Молча лег спать, тихонько подрочил на фотку своей любимой и уснул.

Утром проснулся от чьего-то присутствия рядом. Отец сидел на краю его кровати и смотрел на него тяжелыми глазами. Затем молча встал и ушел. Через какое-то время хлопнула входная дверь — отец ушел на работу. Вова зашел на кухню, через кухонные окна увидел на балконе мать. Та курила и пила кофе. Повернулась, увидела сына.
— Дааааа, натворил ты дел, сынок. Ох, даже не знаю как теперь все это разруливать. Ладно, я на работу, сегодня не ждите. Там на плите суп, картошка, мясо. Накормишь отца, если он захочет с тобой говорить.
— Я хочу вечером к Юле поехать.
— А делай как знаешь — безразличие в голосе матери привело Вову в совсем уж уныние.

Вечером он был у Юли. Они лежали голые на ее постели. У него немного саднило анус — его девочка сполна наказала его, оттрахав его в задницу самым большим из своих страпонов. Он не злился на нее, он понимал что заслужил, но затем она трахалась с ним как в последний раз и ему было хорошо. Зачем злиться, когда хорошо.
— Так что будешь делать?
— Не знаю. Думал пойти работать...
— Кем? Куда? — Юля перевернулась на живот и подползла к Вове сбоку, шаловливые пальчики тронули пенис и проникли дальше между ног.
— Эй ну ты чего? — Вова немного отпрянул и испуганно посмотрел на Юлю.
— Ты не отвлекайся! — та пихнула его в бок и ее палец вошел ему в задний проход.
— Думал продавцом-консультантом в сетевой маркет — Вова поерзал на Юлином пальце. Та согнула его внутри создавая ему неудобство.
— Работать черти как, зарплата ерундовая и трахать мозги тебе будут похлеще чем я тебя страпоном.
— Ну а как по-другому? — он повернулся к ней, соскочив попой с ее пальца.
— Есть один вариант... — загадочно сказала та, встала, набросила халат и направилась к двери.

Дальнейший разговор Вова еще несколько дней с трудом переваривал и все щипал себя, пытаясь проснуться и вздохнуть с облегчением, что это просто страшный сон. Реальность все никак не хотела становиться страшным сном. Юля сообщила ему, что она уже довольно давно подрабатывается интимом за деньги. Ее отец об этом в курсе и по сути является ее сутенером. Что еще больше убивало Вову, так это то, что оказалось она трахалась с этими другими даже когда они начали встречаться и трахается до сих пор. Когда она сказала, что врала ему про пот и ее соленые губы просто были в сперме после последнего клиента и она затем целовала ими Вову, его чуть не вырвало. Затем она поведала ему, что он интересный, он уже работал на камеру, он легко принимает ее страпон, он сосал парню. Они могут зарабатывать вместе. Многие ее клиенты интересуются подобными вещами.

Первым желанием Вовы было бросить Юлю. Вторым — написать ей записку и прыгнуть под поезд метро. Он сидел на станции почти до самого закрытия, пока доблестные стражи правопорядка не обратили на него свое внимание. Чутко выполняя свой долг, они отконвоировали Вову домой и не найдя там ни одного адекватного взрослого, просто оставили парня дома, попутно пожелав спокойной ночи.

— «Какие вежливые люди» — пронеслось у Вовы в голове.
Дома было пусто. Памятуя утро, мать ожидать было без толку. Не было так же отцовской барсетки, а в спальне родителей был небольшой бардак. Похоже отец уехал на ночь драть какую-нибудь симпатичную студентку-практикантку, коих отправляют к ним в бюро на жесткую практику. Вова вспомнил свой последний разговор с деканом и подумал, что было бы если бы он был девушкой и мог решить все через постель.
— «Ты как?» — бздынькнул СМСкой телефон.
Он посмотрел, сообщение от Нее. Сел, держал в руках телефон и думал.
— «?!» — новое сообщение от Нее.
— «Херово!» — сначала набрал он, затем стер и написал. — «Нормально»

Он никогда не писал странных слов в смс. Нормально было для него порядком вещей. Херово заставило бы ее забеспокоиться и напроситься в гости, а он не хотел ее сейчас видеть и быть перед ней в своем состоянии.
Вова встал, кое как доплелся до кухни, открыл холодильник и взял бутылку импортного пива.
— «Вот почему на это дорогущее пиво деньги есть, а на меня нету?... « — подумал Вова, открывая бутылку. — «Хоть бы дали поступить, куда хотел»
Вова хотел быть ветеринаром, но родители рассудили, что юристом-экономистом ему будет лучше. Это человеку то, да с тройками по математике.
— «Хорошо. Отец сказал, подумай до четверга, взвесь все» — снова брякнула СМСка.
Вове было больно от ее холодности и конкретики. Он залпом выпил бутылку пива, почувствовал себя резко постаревшим, уставшим и захотел спать.

Утром Вова проснулся и понял что болен. Нет, он не был от природы врачом, просто когда человек заболевает, то чувствует это. Градусник показал небольшое повышение температуры. Пара аспиринок решили дело. Через несколько часов вернулся отец. Вова тихонько скрылся в комнате. Позвонил матери на работу — там сказали, что она уехала с шефом на какие-то важные

переговоры. Через какое-то время послышался звонок в дверь и звуки поющего отца. Затем молодые женские голоса в количестве двух штук. Последующие часы Вова слышал лишь охи-ахи из спальни родителей, смех и просто крики. Выйдя на кухню за соком, он столкнулся с девушкой завернутой в простынку. Девушка была на вид немного старше его, совершенно не стеснялась, что на нее почти голую смотрит новое лицо и вообще вела себя довольно вызывающе.

— Там какой-то парень — услышал Вова ее голос, когда она скрылась за дверью родительской спальни.
— А да это сын мой! Дибил и идиот! — откликнулся отец.
— Так сразу в двух состояниях? — спросил другой женский голос.
— Да! Словами не описать его.
— Жаль мальчика.
Дальше был только смех и еще какие-то фразы, которых Вова уже не слышал. Было стыдно, страшно, одиноко. Быстро набрал Юле — в трубке были только длинные гудки. Вспомнил вчерашний разговор, представил чем возможно она сейчас занимается и с кем. Опять слышались томные женские стоны, охи-ахи. Затем в дверях его комнаты появился отец. С кухни слышались веселые девичьи голоса.
— Знаешь, пацан, давай-ка собирай свое барахло и дуй жить куда-нибудь в другое место!

— Ккккуда?... — у Вовы вунтри все похолодело.
— А куда хочешь. Нахер ты мне нужен такой тут. Бухаешь мое пойло, сидишь дома ничего не делаешь, тусуешься со своей Юлькой, трахаешься с ней, ездишь на такси за мои бабки.
— А? А? — только и мог сказать бедный Вова.
— Да не акай ты! Я тут утром с матерью говорил, она вообще сказала, что лучше бы взяли из детдома.
Бедный Вова сел на стул и заплакал. Такого поворота событий он не ожидал. Такого предательства от папы и такого вердикта от мамы так уж точно. Он был никому не нужен. Он был бездомным. Ему было некуда идти. Он вспомнил вечер и приближающийся поезд метро. Раз и все.

— Чего это он? — за спиной отца появились девичьи лица.
— Да, пусть рыдает нюня. Тьху, бл*ть, телку какую-то вырастил, а не сына!
— Ты меня не растил!... — пытался крикнуть сквозь рыдания Вова, но получилось лишь жалкое блеяние.
— Ладно, пошли девченки, пусть плачет, а вам еще нарабатывать зачетики на пол года вперед — отец подтолкнул девочек к спальне. — А тебя, что б через час тут не было или поговорим по-другому.
Отец ушел к себе, смачно шлепнув двурью и из комнаты за стеной снова послышались скрипы кровати, смех, улюлюканье и крики похоти.

Вова молча встал, поплелся на балкон, взял свою спортивную сумку подделку под «Адидас». Хаотично побросал туда вещи, не особо понимая что и зачем берет. Набрал Юле. Резко осипшим и жалким голосом описал ситуацию.
— Значит так! — донесся голос из трубки. — Нюни не распускай, едь сейчас ко мне. Вещей возьми хотя бы на недели две. И давай без эксцесов по пути. Что б был у меня.
Она говорила жестко, но Вова слышал в этом голосе надежду и какую-то жалость. Он собрался, печальными глазами оглядел свою комнату в последний раз и ушел.

Юля с порога поняла в каком он состоянии. Не давила, не расспрашивала. Отправила в душ, затем накормила, напоила гарячим чаем с мятой и уложила спать. Спал Вова безмятежно аж целые сутки. Пропущенных звонков не прибавилось. Видимо родителям было на самом деле плевать или рассчитывали, что сын приползет наколенях проситься обратно домой под крыло. Но все-равно больно кольнуло где-то в животе, что ранее самым близким уже плевать.

На кухне надрывался евролигой фиба большой телевизор, а отец с дочкой пили чай с печеньками. Вова понял, что разговор будет трудный и долгий.
— Значит деться тебе некуда? — после некоторого время, выслушав сбивчивый Вовин рассказ, спросил отец Юли.
— Да — тихонько ответил Вова.
— Я думаю, ты понимаешь, что жить у нас просто так не вариант? Да мы можем приютить тебя на небольшое время, все-таки моя малышка тебе не чужая и ты мне не чужой, но не навсегда ведь.
— Да — опять тихонько согласился Вова.
— Тем не менее наше предложение все еще в силе.
— Я помню его — так же тихонько сказал Вова.
— И?
— Я не знаю...
— Что-то он совсем никакой. Дам сейчас таблетку и веди его обратно спать.
Отец Юли дал Вове какую-то таблетку, тот молча безропотно запил водой и сел обратно. Через 10 минут ноги стали ватными, тело тяжелым, он качнулся вперед и чуть не упал со стула. Его тут же отвели в спальню. Уложили в постель, накрыли большим, тяжелым, теплым одеялом. Через какое-то время он ощутил как пришла мягкая и теплая Она, примостилась к нему под бок, обняла его, засопела в ухо. Ему было очень хорошо.

Утром Вова проснулся с лекгость во всем теле и голове. Только в ванной он вспомнил свою ситуацию и помрачнел. На кухне нашел инструкции как и чем пользоваться что бы не умереть с голоду и записку отдыхать, и думать как быть дальше. После обеда вернулась Юля. По ее виду и глазам, Вова понял где она была. Вечером вернулся ее отец. Троица снова засела на кухне.
— Наверное я все решил, еще когда увидел сегодня днем Юлю — сказал Вова, опережая все фразы.

— Парень, нам надо знать наверняка. Наверное это плохой ответ. Да или нет?
— Да.
— Вот и решено — Юлин папа хлопнул себя по коленям, встал и пошел в зал.
— Правда решился? — подруга смотрела на Вову сексуальтными глазами, пряча рот за чашкой чая.
— Да.
— Ииии, почему?
— По-моему я теперь конченный человек. Вариантов дальнейшего существования у меня нет. Дома я не нужен. Бомжевать? Да лучше убиться. Тянуть лямку и жить где-то как живут гастарбайтеры? Не выдержу я такое. А тут с вами и вашими делами? И люди не чужие, и ты рядом, и наверное какая-то жизнь будет. Все равно по-другому ведь никак.

— Ты думал о суициде?
— Да, несколько раз.
— Не думай. Будет не легко, но ты привыкнешь, возможно даже войдешь во вкус. Во всяком случае деньги заработаешь.
— А ты давно в этом?
— Расскажу как-нибудь потом.
— Ладно.

Появился снова отец Юли.
— Так ребята, у вас через два дня сауна с клиентами. Я уже тут многих обрадовал, что у нас полная пара.
— А что мне надо будет делать? — Вова уже знал, что услышит.
— Думаю, ты сам понимаешь. Юле нужен партнер мальчик, но как мальчик ты клиентам не сильно нужен.
— Понятно.
— А теперь ты дочь идешь учиться, а ты идешь учиться со мной!
— А-а, а что делать?
— Будем учить тебя делать минет и трахнем тебя настоящим мужским членом, что бы ты у клиентов заднюю не дал, когда время придет.
— Может не надо? — заскулил Вова.
— Какой не надо? У вас клиенты через два дня! Не сегодня так завтра все равно придется.
Юля наклонилась к Вове и чмокнула его в шею.
— Лучше иди с папой — шепнула она, встала и направилась к себе.

Вова пошел с отцом Юли в комнату. Там мужчина почти занес его в душ, раздел, разделся сам. Затем Вову мыли, бесцеремонно ощупывая во всех местах. Затем Вове мыли попу, так же бесцеремонно трахая намыленными пальцами Вовку в попку, от чего у того жгло и зудело в попке. Затем Вова стояла на коленях и мыл достоинство Юлиному папе, потом мыл анус, потом мыл анус языком, потом учился ласкать мужчину языком, потом Вову беспринципно трахали в рот. Наконец хоть как-то довольствуясь результатом, Юлин отец вынес парня в комнату и бросил на кровать.
— А теперь становись-ка рачком! — последовала команда.
Вова нехотя встал раком, привычно как с Юлей оттопырив попу.
— Ай, молодец! Как попку отклянчиваешь! Ну-ка покрути попкой, Вовчуля!
Вова покрутил попкой, ощущая себя одновременно пустым местом и опущенной бл*дью.
— Вот молодец — послышался хруст колпачка тюбика со смазкой.

Большие, теплые пальцы жирно размазали холодную смазку по анусу. Вова немного испуганно подался вперед, это было не так, как с Юлей.
— Ну, ну, мальчик, не стоит! — те же пальци взяли за бедра и силой двинули обратно.
Вспышка боли обожгла анус. Такого Вова еще никогда не ощущал, это было очень больно. Все, на что хватило сил, всего лишь закусить подушку и всхлипывать.
Юля продолжала тихо учиться, вслушиваясь как ее отец инициирует ее нового партнера.

Юлин папа трахал Вову со вкусом, растягивая удовольствие, вгоняя Вове до упора, смакуя тугость новой задницы и теплоту молодого кишечника. Вова уже откровенно рыдал в подушку, а Ее отец все засаживал и засаживал. По ногам текло. Вова нашел в себе силы посмотреть туда. Там были какие-то грязные потеки. Движения его инициатора усилились. Юлин отец засадил Вове еще несколько раз, казалось доставая до желудка и Вова ощутил ягодицами сокращения мышц таза взрослого мужчины, понимая что его только что трахнули как сучку и теперь сливают в него сперму. Как только пенис покинул гостеприимный кишечник Вовиной попы, Вова тут же рухнул без сил, боясь пошевелиться.
— Немного отдохну и продолжим — сказал Юлин отец.
Вова только вздохнул, понимая какая теперь участь его ожидает.

Через минут 20 пришла Юля. Она осмотрела Вову, обтерла его растерзанный анус какой-то жидкостью, от чего Вова шипел как тот кот. Затем смазала каким-то маслом, как она сама сказала с ромашкой и зверобоем. Жжение и боль стали отступать. Пожелала Вове удачи, чмокнула и ушла. Почти сразу явился ее отец. На этот раз он положил Вову на спину, забросил его ноги себе на плечи и уперся членом в растерзанный анус парнишки. Вова сразу зашипел от боли, на глазах проступил слезы.
— Ой, как ты мило так выглядишь, когда шипишь и слезки на глазах. Тебя за это очень полюбят. А теперь я буду нежен и хочу что б ты стонал и просил трахнуть тебя.

Вова опять ощутил то неприятное чуство, когда парня трахает мужчина. Была боль, жжение, потом все притупилось, задница онемела. Вова плакал, стонал, просил вперемешку пощады и что бы его трахали. В этот раз Юлин отец закончил быстрее, но в конце сделал Вове еще больнее, очень сильно трахая его и тычясь в стенку кишечника.
— Да, малой, ты станьше звездой — отирая пот со лба, сказал Юлин отец. — Давай теперь почисть меня.
У Вовиного рта появился пенис весь в его собственной крови, выделениях кишечника и мужской сперме.
— Давай, давай, маленький! — подбодрил инициатор.
Вова безропотно открыл в рот и заглотил пенис. Вкус крови, мужской спермы, еще один какой-то странный, очень похожий на Юлины выделения, но немного не такой, более мускусный. Вова сосал без мыслей, просто сосал потому что ему дали в рот. А затем член исчез и Вова рухнул спиной обратно на подушки.
— Он супер — услышал он разговор отца и дочери. — Клиентам очень понравится.
— Да, пап, я тебе это уже давно говорила. Чего дальше с ним теперь?
— Обработай, потом чай, таблетка и спать.

На следующий день Вову снова трахали. Теперь уже разогревала страпоном Юля, а затем ее отец дотрахивал Вову.

Настал тот самый день. Тойота кэмри подкатила к банному комплексу. Из нее вышла девушка и парень с небольшими сумками, у входа их ждал грузный мужчина. Он пожал руку парню, поцеловал ручку девушке, что-то сказал им, после чего оные вошли в сауну, а мужчина проводив их взглядом сел к водителю в машину.
— Парнишка еще не отошел от учебы, так что сильно его не трахайте, а в остальном никаких ограничений.
— По деньгам как договаривались?
— Да.
Грузный молча достал пачку денег, отсчитал нужное количество.
— Научишь его потом всем манерам, пусть учит английский и делайте ему загранку. Я хочу твою и такого для эскорта.
— Любой каприз за ваши деньги — мужчина за рулем козырнул.
— Ладно, давай Димон, забешь своих завтра утром.
— Окей, удачи.

   

   
   

   

   

   
© Lcherry.ru. Все права защищены!