«Этот шухер, этот сон, видеомагнитофон!...»
(с) Сектор Газа

В середине восьмидесятых это чудо техники стало всё настойчивее проникать в нашу советскую действительность, неся сквозь железный занавес пьянящий вкус и аромат запретного плода буржуазной культуры. Однако обладать им тогда могли далеко не все, ведь совокупная цена японского телевизора и видеомагнитофона была сопоставима со стоимостью подержанного авто в хорошем состоянии.

В ту пору жили мы вдвоём с матерью в маленькой хрущёвской двушке, одна комната была полностью моей, а вторая, что чуть побольше, стало быть, маминой. Жили более чем скромно, так что о такой роскоши, как заграничные шмотки, я и не мечтал. Днём я получал высшее образование, а по вечерам не чурался любого приработка.

Я учился на третьем курсе политеха, и был у нас в группе один непростой кадр. Его предки вечно торчали где-то «за бугром» и постоянно привозили оттуда всякую всячину. А оставленный без присмотра сынуля нагло форцевал всем этим добром налево и направо. Помимо прочего этот спекулянт за «умеренную» плату сдавал знакомым напрокат родительскую видеодвойку с огромным пакетом кассет в придачу.

Очередь на эту услугу была чуть ли не на месяц вперёд. Мне давно хотелось в неё записаться, но останавливал финансовый вопрос. Не у матери же на это денег просить! И вот, наконец, подвернулась вечерняя подработка, за которую неожиданно хорошо заплатили. Я внёс задаток и уже считал дни до того момента, когда моя комната на целых сорок восемь часов превратится в настоящий видеосалон!

Но вот бывает же так!... Буквально накануне заветной даты случилось непредвиденное. Мать вернулась с работы немного раньше обычного. Она явно была на взводе. Вместо того, чтобы разогревать ужин, она вдруг взялась за пылесос со шваброй и стала спешно прибираться у себя в комнате.

— Ты чего это на ночь глядя с уборкой затеялась? — удивился я.

— А... так это... Люба же с Гелей сейчас приедут.

— И что? Они упадут в обморок, если увидят у тебя на ковре пару пылинок?

— Понимаешь, тут такое дело... Они поживут у нас некоторое время. — мама была явно смущена и встревожена.

Она пояснила, что у Любы — её лучшей подруги — в очередной раз запил муж и стал распускать руки. Поэтому им с дочкой оставаться с ним под одной крышей просто опасно, а идти больше некуда. Вот они и попросилась к нам на постой.

Моя мама — добрейшая женщина, да и сам я воспитан в том же ключе. Конечно, в такой ситуации отказывать нельзя никому, тем более близким друзьям! Но это означало, что приносить в дом «вражескую» технику сейчас довольно рискованно. Времена были такие, что, если сведения об этом просочатся «куда следует», последствий не оберёшься!

— Ну, чего замер на месте? Помоги мне диван разложить!... — мама прервала моё кататоническое замешательство.

Она, конечно, знала о моих планах и тоже с интересом ждала, когда в нашем доме хоть на время окажется эта заморская диковина. Пока раскладывали диван, я почти шёпотом поделился с ней своими сомнениями и опасениями.

— Как думаешь, может, отложить до тех пор, когда они от нас съедут?..

— С ума, что ль, сошёл? Да Любка — она же своя в доску! Наоборот, тащи скорее свой чёртов ящик! Может, хоть от мыслей невесёлых это их обеих отвлечёт!..

Люба с Гелей приехали примерно через час. Мать с подругой сразу уединились на кухне. Я заперся у себя и повторял формулы для завтрашней контрольной по сопромату. А Геля плюхнулась на диван в соседней комнате. До меня доносились её тихие всхлипы. В детстве мы часто проводили время вместе, поскольку наши матери дружили, вот только мы с ней как-то не особо ладили, поскольку она была той ещё врединой. А сейчас мне было почему-то жаль её, но я так и не решился выйти, даже чтобы поздороваться.

На следующий день после пар я поехал на квартиру к нашему ростовщику и вернулся домой на такси. Рядом со мной на заднем сидении была огромная сумка защитного цвета. А на коленях — большой пластиковый пакет с надписью «Mаrlbоrо», доверху набитый видеокассетами.

Вечером после ужина я торжественно пригласил всех к себе на просмотр видео. Мы вчетвером расположились на широкой кровати у меня в комнате прямо поверх покрывала. Мама с подругой устроились полулёжа, свесив ноги на пол. А мы с Гелей уселись спиной к стене, подложив для удобства позади себя подушки.

На ней были чёрные облегающие лосины и футболка. Пока шёл боевик с Брюсом Ли, я то и дело косился на её скрещенные в позе лотоса ножки. Мне нравилось, как в особо острые моменты она нервно сжимала пальчики своих босых стоп. Потом была комедия, и моё внимание переключилось на выглядывающий из-под футболки низ плоского животика, который конвульсивно сотрясался, когда его хозяйка снова заливалась звонким хохотом.

Мы посмотрели три фильма без перерыва. Время было уже позднее, и наши родительницы пошли спать. По привычке они попытались обязать и нас с Гелей сделать тоже самое, но у них ничего не вышло.

— Ма-а-ам! Хватит, прошу тебя! Мне уже две недели, как восемнадцать, и я сама вправе решать, высплюсь я сегодня или нет! Ну, когда и где я ещё такие фильмы увижу?!.

— Ой, Любка!... Оставь ты их ради бога, а? Пошли уже спать. Путь эти полуночники хоть до утра видики свои смотрят!

Пятый и шестой эпизоды «Звёздных войн» пролетели на одном дыхании. В отсутствие родителей Геля немного расслабилась и даже положила голову мне на плечо, позволив обнять себя. Но ничего сногсшибательного в ту ночь не случилось — мы просто до самого утра с упоением смотрели заморское кино.

На следующий день я свинтил домой после второй пары. И у меня была для этого веская причина! Дело в том, что на самом дне пакета лежали две особенные кассеты. Просматривать их всем нашим коллективом по известным причинам было никак нельзя!

Первые минут десять я тупо смотрел на происходящее на экране. Но вскоре понял, что просто смотреть — это выше моих сил! Тогда я скинул с кровати покрывало, разделся догола и устроился поудобнее, вооружившись пультом, тюбиком жирного крема и на всякий случай парой салфеток.

Я мотал плёнку то вперёд, то назад, снова пересматривая понравившиеся моменты. Секса у нас в стране тогда не было, так что такое видео было для меня единственным источником познания в этой области. Нет, у меня на тот момент уже было кое-что с парой девчонок, но я бы никогда не додумался сотворить с ними то, что выделывал сейчас на видео жилистый убелённый сединой актёр с молоденькой студенткой в коротенькой клетчатой юбочке!..

Где-то через час неожиданно раздался щелчок замка входной двери. Я подорвался, как ужаленный, остановил видео и с мотающимся будто антенна стояком бросился прикрывать дверь в свою комнату. В последний момент сквозь щёлку я с недоумением успел рассмотреть, как в квартиру буквально ворвалась Геля, открыв дверь выданным ей ключом.

Её рыжеватые волосы оказались немного взъерошены. На ней был тёмно-синий спортивный костюм. Будучи в полной уверенности, что она здесь сейчас одна, девушка прямо в прихожей расстегнула кофту и стянула с ног штаны вместе с носками. В одних трусах, на ходу избавляясь от кофты, она спешно направилась в ванную комнату, где провела минут двадцать.

За это время мне надоело гадать о причинах её такого несвоевременного и стремительного появления, я вернулся в кровать, укрылся по шею одеялом и продолжил просмотр «интересного кино». Дверь в свою комнату я нарочно оставил слегка приоткрытой. Мне вдруг чертовски захотелось разжечь в этой рыжей лисе интерес, а если повезёт, то и соблазнить её посмотреть со мной порно.

И вот раздался звук открывающейся щеколды, затем щелчок выключателя, второй... третий... — Геля ещё не до конца разобралась, какой именно из них выключает свет у нас в ванной комнате. И вот мимо моей двери по коридору проплыл силуэт в коротком махровом халате с высоким тюрбаном из банного полотенца на голове.

Миновав мою комнату, она остановилась, затем задним ходом на цыпочках вернулась на пару шагов назад и оказалась напротив оставленного мной зазора между дверью и косяком. Она не могла не слышать доносившихся из телевизора стонов страстной молодой особы, яростно сношаемой толстенным членом.

— Приве-е-ет!... А ты чего здесь делаешь? — изумилась Геля, завидев мою торчащую из-под одеяла голову.

— Привет. Живу я здесь, вообще-то...

— Но ты... разве не должен быть сейчас быть на занятиях?

— Гм! Я могу спросить тебя о том же!

— Ну... у нас сейчас физкультура была. На стадионе, тут, как раз рядом с вами. Я так набегалась, что решила заскочить и принять душ.

— Ну-ну... И что, сейчас снова уйдёшь?

— А... да... у меня сейчас ещё философия...

«Yеs!... Yеs!!. Yеs!!! Fuck mе, bаby, fuck mе hаrd! Yеаh!... Аааа!!! ... FUCK!!! FFF... ААА!!!» — заорала в этот момент с экрана неистово выебанная толстенных хером похотливая девка. Мужик вынул из неё свой дрын и, яростно рыча, принялся покрывать её пляшущий от страсти низ живота и гладко выбритый лобок многочисленными белёсыми каплями спермы.

— Понятно... — протянул я с деланым равнодушием. — А я вот новую серию «про джедаев» смотрю.

Геля стояла по ту сторону двери, теребя в руках комок из своего спортивного костюма. Её вчера очень впечатлила эта космическая сага, так что я знал, какую карту следует разыграть.

— Новую?... Но ты же говорил, вчерашняя была последней!

Английский она знала и явно догадывалась, что недавние вопли явно принадлежали не Лее Скайуокер, и рычал там с ней в кадре точно не Люк, не Йода и не капитан Соло.

— Да ты знаешь, порылся вот в пакете, смотрю — ещё одна!... Очень неожиданно сюжет повернулся, должен тебе сказать! — издевался я.

— А можно я с тобой немножечко посмотрю?... — почти прошептала она мне сквозь дверь.

— Но как же твоя философия? И вообще... рано тебе такое смотреть. Иди лучше, а то опоздаешь!

Геля фыркнула и гулко зашагала по коридору в соседнюю комнату. Но не прошло и минуты, как она вернулась. В руках у неё уже не было костюма, а с головы исчезло банное полотенце. Её влажные волнистые локоны очень соблазнительно распластались на груди и плечах. Завидев её, я поставил видео на паузу.

— Ну, и чего ты там стоишь?!

— Если посмотреть нельзя, я хоть послушаю... Включай давай!..

— Эээ, нет! Так не пойдёт! Это тебе не благотворительный радиоспектакль!

— Тебе что, жалко, что ли?!. — взмолилась не на шутку заинтригованная девчонка.

— Да, представь себе! На этот сеанс вход в мой кинотеатр не бесплатный!

— Блин! Тебе что заплатить?! Сколько?..

— Мне не нужны деньги, мне нужен от тебя входной билет!

— Какой билет?... То есть... И где же здесь касса?

Вот тут я понял, что она не только поняла, но и приняла правила предложенной мной игры.

— Оооо... Боюсь, в кассе сейчас как раз перерыв. — сокрушался я. — Но да ладно, для тебя в качестве билета сойдёт... Ммм... Ну, я не знаю... Мне нужно что-то, с чем тебе будет не жаль расстаться.

— Навсегда?..

— Конечно. Это же плата за вход!

— Я могу сходить за чем-то своим в нашу комнату...

— Нет-нет! Что-то, что есть сейчас при тебе!

— Но на мне ведь только халат... — Геля, явно блефуя, стала медленно развязывать пояс.

— Нет, погоди. Пожалуй, он тебе самой ещё пригодится... А под халатом есть что-нибудь?

— Ну... трусики только...

— Во! Отлично! То, что надо! Гони мне навсегда свои трусики, и, как говорится, wеlcоmе!

Она немного помедлила, а потом я увидел сквозь зазор в дверном проёме, как она дважды наклонилась, поочерёдно освобождая ноги от нижнего белья. Затем дверь плавно распахнулась, и рыжая бестия в полуразвязанном халатике нерешительно направилась в мою сторону.

Я привстал, освободив от одеяла свой оголённый торс и протянул руку. Геля в ответ вытянула свою руку вперёд, в кулаке она сжимала светло-розовый комок из хлопковой ткани. Завладев этим интимным элементом её гардероба, я расправил его перед собой в руках и демонстративно понюхал то место, которое совсем недавно соприкасалось с её киской. Девушка фыркнула от смущения, но не произнесла ни слова.

— Дверь прикрой за собой. В зрительном зале всё равно свободных мест больше нет, да и ждать нам некого.

Пока она выполняла моё поручение, я ещё дважды вдохнул воздух сквозь тонкую и едва влажную ткань. К моему удовольствию, после душа она надела те же трусики, в которых была с утра. За время физкультурных пар они успели пропитаться умопомрачительным запахом пота и интимных выделений этой великолепной юной самочки. От одного только аромата её трусиков мой хрен тут же судорожно запульсировал так, что мне пришлось собрать сверху слой одеяла потолще, чтобы не обескуражить неискушённую красотку раньше времени.

— Ну, что ж, предлагаю тебе занять место в первом ряду!

Я приставил к спинке кровати обе свои подушки и сел, прислонившись к ним спиной. Торс мой был обнажён, а ноги укрыты одеялом. Я расставил их пошире, приглашая Гелю сесть прямо передо мной. Но она застеснялась и даже немного покраснела от такого предложения. Вместо этого она робко присела на край кровати слева от меня и поправила подол халата у себя на коленях.

— Я тут лучше посижу. Ну, включа-а-ай уже, не томи!... — в её голосе прозвучала нотка кокетства, призванная замаскировать немалое смущение.

Чтобы видеть экран телевизора, на котором замер весьма откровенный стоп-кадр, ей пришлось буквально вывернуться спиралью. Мне ничего не оставалось, как нажать на пульте кнопку «Plаy». Комната тут же наполнилась пыхтением, стонами и ритмичным скрипом дивана, на котором происходил очередной бурный половой акт.

К тому времени этот эпизод я посмотрел уже дважды и знал, что будет дальше. Собственно, я и ждал, когда начнётся следующая, куда более интересная для меня сцена. А сейчас моё внимание было приковано к Геле, которая так и сидела на кровати, упершись одной рукой в моё одеяло и упулив глаза в телевизор.

Полы банного халатика разошлись у неё на коленях так, что внутренняя сторона правого бедра почти полностью оголилась. Но она будто бы не замечала этого, жадно пожирая взором такое постыдное и запретное зрелище. Недолго думая, я положил руку девушке на всё ещё прикрытое халатом левое колено и несколько раз нежно погладил сквозь материю.

Возражений не последовало. Тогда мои пальцы коснулись оголённой нежной кожи на её правом бедре. В ответ она едва заметно дёрнулась, на мгновение сжала колени, но потом расслабила и наоборот раздвинула их ещё шире. Обнаглев, я освободил от махровой ткани оба её бедра и принялся их ласкать, скользя кончиками пальцев то сверху, то по внутренней стороне, постепенно всё ближе подбираясь к её лишённой сейчас трусиков промежности.

Чем ближе я подступал к её уже явно разгорячённой киске, тем теплее становилась кожа бесстыдно распахнутых бёдер. Я не мог видеть её оголённые прелести, поскольку сидела она боком ко мне. еtаlеs А она безотрывно наблюдала на экране за финалом горячего соития в позе «по-собачьи».

В момент, когда багряно-лиловая елда покинула лоно девушки и стала извергаться мощными белыми струями прямо ей на попку, я воспользовался ситуацией и скользнул пальцами Геле во влажную глубь между ножек. Два из них тут же провалились в её горячий и скользкий от смазки омут, поочерёдно коснувшись мягкого шарика возбуждённого клитора.

— Ууууффф... — приглушённо вырвалось у неё из груди. — Вот это да!... — она схватила мою руку, на мгновение прижала к своей киске, но затем тут же отстранила.

— Ты о чём? Понравилось, да?... — двусмысленно поинтересовался я.

— Ага... Здорово он её обработал!

— Ха! Это ещё что! Ты смотри, что дальше будет!..

— А... Место в первом ряду ещё свободно? — неожиданно спросила Геля.

Я удивился, но виду не показал, лишь молча похлопал руками по одеялу в том месте, где по моей задумке должна была оказаться её попка. Девушка, не вставая, забралась с ногами на мою кровать и, неловко маневрируя по скомканному одеялу и моим ногам, заняла предназначавшееся для неё место.

Пока Геля усаживалась поудобнее в позе лотоса впереди меня, на экране двое мужчин вошли в комнату, где на диване лежала юная особа в бикини и листала какой-то журнал. Один из них подошёл вплотную, отвлёк от чтения и молча поднёс к лицу твердеющий член, требуя минета. Второй в это время опустился на колени и принялся спешно стягивать с неё трусики от купальника, жаждя познать вкус розовой устрицы у неё между ног.

Режиссёр порнофильма умело чередовал крупные и общие планы этого минета, сочетавшегося с мастерским куннилингусом. Красотка, закрыв глаза, полностью заглатывала внушительных размеров и толщины член, хозяин которого довольно рычал, придерживая рукой голову девушки. Его приятель в это время положил руки ей на бёдра и впился страстным засосом в сочную гладковыбритую пизду.

Моя зрительница, явно никогда ничего подобного не видевшая, была одновременно шокирована и заворожена этой сценой. Она даже не заметила, как моя левая рука нырнула ей в декольте халата и уже вовсю ласково сжимала нежную юную грудь. Правая моя ладонь сначала несколько раз неторопливо прошлась по внутренней стороне её ляжки и теперь вплотную приближалась к пышущей жаром молоденькой духовке.

Несколько раз погладив Гелю по половым губкам, я плавно ввёл средний палец в её мокрую щелку, но с удивлением обнаружил, что «пломба» у неё там ещё не сорвана. Она напряглась, когда я упёрся фалангой в девственную плеву и натянул её. У меня уже был опыт общения с девственницей, так что я знал пару способов удовлетворить девушку, не порвав при этом ей целочку.

Я перенёс обе руки ей под подол халата, жестом велел расставить ножки как можно шире и сосредоточил ласки на клиторе и чувствительной зоне возле самого входа в невинное влагалище. Геля полностью подчинилась моей воле и максимально расслабилась, откинувшись спиной мне на грудь. Заглядывая ей через плечо, я вожделенно любовался красотой поросшей лишь тонким пушком такой ласковой и тёпленькой киски.

Она глубоко дышала, то и дело прикрывая глаза, а я умело надрачивал её похотливую щелочку, наслаждаясь процессом и созерцая, как она буквально тает и млеет в моих руках, не забывая при этом поглядывать и на экран, где тоже происходило нечто незабываемое.

Девушка с упоением сосала мужчине член, громко причмокивая. Второй в это время оторвался, наконец, от её щели, вынул из штанов свой огромный орган и одним уверенным движением ввёл его красотке между ног на всю длину, по самые яйца. Спустя секунду он начал двигаться в партнёрше. Внушительный стержень со вздутыми венами входил в неё так глубоко, что низ женского живота немного приподнимался, когда мужское достоинство снова вонзалось в упругую молодую плоть и целиком утопало в ней.

Такие глубокие и страстные проникновения не могли оставить наложницу равнодушной. Она громко стонала и выкрикивала непристойности. Рот её был полностью занят другим мужчиной, от этого реплики получались невнятными. Но это только ещё больше возбуждало всех участников действа.

У Гели сейчас не было сил, чтобы удивляться увиденному. Её саму несло куда-то вдаль от реальности. Она положила свои руки поверх моих и будто бы контролировала онанирующие её прелести движения. Мои пальцы умело охаживали возбуждённые и скользкие от горячей смазки лепестки малых губок тёпленькой и, как оказалось, весьма страстной рыжеволосой девчонки.

Одним из больших пальцев я накрыл её клитор и монотонными круговыми движениями наминал его. Средний палец той же руки ввёл бесстыднице в мокрый «кармашек» так глубоко, как позволяла её девственность, и также монотонно водил им по верхнему своду её норки, в области уретры.

Я заметил, что девчонкам нравится, когда их ласкают именно в этих местах. Дыхание Гели становилось всё глубже и чаще. Новые потоки густой и мылкой смазки обволокли мои руки. Ритмичное хлюпанье отчётливо слышалось в комнате, порой казалось, оно было даже громче звука от телевизора.

Девичий затылок лежал на моём плече, а я тёрся носом и губами о её щёку и ушко, иногда трогая их кончиком языка. Все десять моих пальцев при этом упивались ласками молоденькой целочки. И вот в ритме её дыхания появились какие-то всплески, выдохи через рот стали резче, потом почти судорожными. «Мм... МММ!!! Уммм!... У-Уа-а-ах!... « — вырвалось у Гели из груди.

Всё тельце её при этом несколько раз дёрнулось, потом напряглось, затряслось мелкой дрожью, а затем безвольно обмякло в моих объятиях. Я хотел было убрать руки от её щелки, но она остановила меня. Несколько минут после её такого скорого и яркого оргазма мы сидели в той же позе молча и равнодушно досматривали порно. Вскоре кассета закончилась, и видик начал шумно перематывать её на начало.

— Включить ещё что-нибудь? — спросил я шёпотом, когда перемотка завершилась, и в комнате воцарилась гулкая тишина.

— Не-а, не надо... — отозвалась Геля и сама потёрлась виском о мою щёку, будто кошка.

— На философию свою побежишь?... — нарушил я молчание спустя полминуты.

— Нет... Я на неё всё равно уже опоздала... — тихо прошептала студентка. — И я хочу ещё...

— Гм... Тогда встань! — скомандовал я, немного подумав.

Девушка удивилась, но послушно зашевелилась и медленно приняла вертикальное положение. Она стояла спиной ко мне посреди моей кровати, там, где под одеялом находились мои раздвинутые колени, и украдкой косилась на меня через плечо. Я же пристально рассматривал её прикрытую коротким халатом круглую попку и тыльную сторону стройных белых бёдер.

— А теперь повернись ко мне передом. — монотонно попросил я.

— А к лесу — задом? Как та избушка?... — улыбаясь этой аналогии, она потопталась босыми ногами по постели, выполняя моё указание.

Пояс халата давно был развязан, и его полы маняще расступились, оголив юное тело от ложбинки между аккуратными грудками до самого лобка. Жиденькие светлые кудряшки не могли скрыть всю прелесть молочно-белого естества её половых губок. В первые секунды она попыталась было прикрыть свой стыд ладонями, но я выразил своё несогласие недовольной гримасой.

В ответ Геля подхватила края халата и наоборот развела их в стороны, положив руки себе на пояс и расставив ноги чуть шире. Её красивый плоский животик плавно двигался в такт дыханию. А я никак не мог отвести взгляд от её щелочки. Меж красивых пухленьких полумесяцев едва заметно выглядывал розовый бутончик клитора, и мне нестерпимо захотелось попробовать его на вкус.

— Подойди ближе... — я протянул к ней руки.

Чтобы достать до них, ей пришлось сделать шаг в мою сторону. Теперь её ноги стояли по обе стороны от меня на уровне рёбер. Я взял её за прохладные тонкие пальчики и продолжал беззастенчиво любоваться её голенькой киской уже с гораздо более близкого расстояния.

— Ты хочешь получше рассмотреть мой перёд? Жаль, что задом сейчас любуется только лес... — снова улыбнулась Геля.

— В самом деле!... Это надо исправить!

— Но как?

— Очень просто — садись прямо сейчас на корточки.

С этими словами я сполз по постели немного вниз вместе с подушкой, улегшись на неё головой. Теперь мой взор был направлен почти вертикально девушке под подол, а её стопы оказались у меня в области подмышек. Она смотрела на меня сверху-вниз и кусала нижнюю губу, по её лицу было видно, как она отчаянно борется со смущением.

— Давай! Не бойся... Тебя ведь никто раньше в неё не целовал? — мои руки коснулись девичьих икр и стали медленно скользить вверх по изгибам коленей.

— Нет... Ты вообще первый, кому я её вот так вот показываю.

Я неспешно поглаживал кончиками пальцев нежную кожу с внутренней стороны её бёдер, терпеливо выжидая, когда её похоть возьмёт верх над стыдом. Постепенно мои ладони поднялись ещё выше и уже скользили по нижней кромке молоденькой попки. Внимая моим ласкам, Геля томно прикрыла глаза. Её плоский животик стал двигаться чаще в такт ставшему более глубоким дыханию.

— Ну, давай же... присядь! — произнёс я заговорщическим полушёпотом через минуту.

— Я стесняюсь. — призналась она.

— Вот и отлично! Я обожаю стеснительных девочек! — я снова взял её за руки и легонько потянул вниз, призывая выполнить мою просьбу.

Это подействовало. Она медленно и нерешительно опустилась на корточки, почти уткнувшись своей раскрывшейся при этом щелью мне в подбородок. Аромат юной самочки снова ударил мне в голову — аж в висках застучало! Мои руки тотчас нырнули к ней под халат, легли на мягкие ягодицы и чуть потянули к себе.

Девчонка ойкнула и, чтобы сохранить равновесие, ей пришлось упереться руками в спинку кровати. Зато теперь её влажная розовая орхидея плотно прильнула к моему лицу, коснувшись носа бутончиком клитора.

— Говоришь, я первый мужчина, которому ты её показала? — загадочно прошептал я, бередя кончиком носа розовую влажную мякину у неё между ног.

— Првый... Ну... если не считать папы, конечно...

— В смысле?! — обалдел я от такого откровения.

— Но он ведь купал меня, когда я была маленькой...

— А, ты об этом... Неужели ты это помнишь?!

— Представь себе — помню! Потому что мне очень нравилось, как он меня там подмывал. — Геля смущённо хихикнула.

Меня неожиданно взбудоражили эти её признания. Я властно сжал ладонями её голую попочку, притянул к себе ещё сильнее и впился глубоким поцелуем в эту девственную голощелку. Тонкие волосики щекотали мне верхнюю губу и щёки, а мой язык вторгся в её трепетную узкую норку.

Сладко-солоноватый вкус девичьей смазки сводил меня с ума. Мне захотелось проникнуть в эту девочку как можно глубже и как можно скорее. Это казалось безумием, но я будто бы ревновал её сейчас к её собственному отцу. От таких мыслей я всё более жадно впивался засосом в розовую плоть у неё меж широко раздвинутых ножек.

Поначалу Геля только сопела и даже пару раз попыталась отстраниться от моих губ и языка. Но вскоре смирилась и лишь вздрагивала всем телом, когда я в очередной раз всасывал в себя розовый шарик её чувственного похотника. Я просто сходил с ума от вкуса и запаха нежной молоденькой киски этой девчонки.

В нынешней позе её пухленькие губки широко раскрылись, и мой язык мог беспрепятственно проникать в девственную глубь на всю длину. Я знал, что где-то там, в этих манящих розовых недрах находится плева, но, как ни старался, не мог нащупать её. Когда я это делал, вводя Геле в узкую пещерку вытянутый язык особенно глубоко, она делала глубокий вдох и как-то напрягалась.

Зато потом, когда я отступал и покрывал ласками малые губки и клитор, расслаблялась и млела. Вскоре в комнате стали раздаваться её приглушённые стоны. Я постарался уловить их ритм и сочетал оральные ласки со сдавливанием пальцами её голеньких булочек. Мой правый мизинец провалился в тёплую ложбинку меж них и невольно оказался прямо на горячей туго сомкнутой дырочке.

Девушка насторожилась, когда я стал свербеть им напротив входа в её попочку. Вскоре мне удалось увлажнить кончик пальца обильно текущими у неё из щелки соками, и протолкнуть его сзади внутрь девичьего тела. В ответ она издала недовольное «Нуууу...», однако я не отступил.

Вместо этого ещё более страстно впился засосом ей в щелочку, проталкивая мизинец в нежную попку глубже и глубже, пока он не оказался в ней целиком. Теплая гладкая плоть туго облегала его со всех сторон. Я стал плавно пошевеливать им, демонстрируя девчонке свою власть над ней, и продолжал бесчинствовать языком в изливающейся соками нежной мякоти у неё между ножек.

После очередной интервенции языком в девственные недра, я снова глубоко засосал в себя её набухший клитор и стал интенсивно охаживать его кончик языком у себя во рту. Мой палец при этом опять плавно зашевелился внутри тёплой тугой попочки, напомнив о своём присутствии. В этот момент Геля сделала несколько коротких вдохов подряд, будто забыв про выдохи.

После этого напряглась, вытянулась, как по струнке, на секунду замерла и с нарастающим по силе возгласом «Ааааааааа!... « затряслась мелкой дрожью и стала бурно кончать, изливаясь мне в рот горячей смазкой. Обеими руками я прижимал её к себе, не давая шанса отстранить пиздёнку от моего безумного засоса. В самый острый момент кульминации я ощутил, как мне в язык прямо из уретры ударила короткая горячая струйка солоноватого и терпкого на вкус девичьего секрета.

Несколько раз судорожно дёрнувшись, девчонка обмякла и навалилась на меня своей мокрой промежностью. Мой палец покинул её тесную заднюю дырочку, и теперь ничто не мешало ей принять более удобное положение. Я помог обессиленной уже вторым подряд оргазмом Геле лечь на меня сверху, и мы слились с ней в долгом страстном поцелуе.

— Я тебя столько лет знаю, но никогда не думал, что ты такая... — признался я

— Какая? — она кокетливо посмотрела мне прямо в глаза.

— Сладенькая!

— Гм... — это и смутило, и порадовало её одновременно. — Знаешь, а ты меня тоже удивил!

— И чем же?

— Потом скажу!... А сейчас я очень хочу пить!

Рыжеволосая красотка зашевелилась, спрыгнула с кровати и побежала на кухню. Пока она гремела там чашками, я скинул с себя порядком надоевшее одеяло, положил одну из подушек в изголовье, а вторую — по центру кровати. Сам сел на угол по-турецки и, демонстративно подрачивая рукой колом стоячий хер, стал ждать возвращения своей любовницы.

Через минуту она появилась в дверном проёме и замерла. Вид у неё был такой, словно ей привиделось приведение. Не отводя взор от моего красноголового дружка, она почему-то плотнее запахнула полы неподпоясанного халата. Я смотрел на неё с надменным прищуром, то и дело оголяя пунцовую набухшую головку, чтобы показать свой инструмент во всей красе.

— Чего замерла? Никогда не видела, что ли?

— Так близко — никогда... — искренне призналась Геля.

— Тогда подойди ещё ближе и рассмотри его как следует.

Она послушно сделала несколько шагов и присела рядом со мной на край кровати.

— Нравится? — я провёл свободной рукой по её волосам и перенёс упавшую на лицо прядь обратно на плечо.

— Угу... А можно его потрогать? — отозвалась она с некоторым опозданием.

— Даже нужно!... — шепнул я прямо в её маленькое ушко.

Моя ладонь снова прошлась по рыжеватым волнистым локонам, скользнула по спине. Она так и сидела в каком-то оцепенении. Тогда я взял её за запястье и направил девичью руку в нужном направлении. Через пару секунд вытянутые вперёд прохладные пальчики коснулись моего разгорячённого стояка.

— Какой твёрдый!... — прошептала обескураженная девчонка.

— Это потому что ты рядом. И в данный момент на тебе нет трусиков.

— Ну, да. Нет... Ты же сам велел мне тебе их отдать.

— А ты, значит, согласна сделать сейчас всё, что я велю?

Геля прикрыла глаза и трижды едва заметно кивнула головой.

— Вот и умница... Тогда раздевайся, ложись вот сюда, раздвинь ножки и постарайся расслабиться.

Я указал на приготовленные для неё подушки. Она встала с кровати, и, чуть поколебавшись, сбросила с себя халат. От вида её прелестного юного тела у меня застучало в висках и пересохло во рту.

— Но я не... никогда ещё... ну... — промямлила молодая красотка.

— Я понимаю. Не переживай, я знаю, как надо... Ты ведь этого хочешь?

Её молчание очевидно выражало согласие. Сдвинувшись в сторону, чтобы не мешать, я наблюдал, как эта очаровательная девственница послушно занимает место на приготовленном для неё ложе. Всё вышло как я и планировал: голова девушки в облаке красивых волос оказалась на той подушке, что была в изголовье, а её попка улеглась на вторую, по центру кровати. Коснувшись её коленей, я нежно, но уверенно раздвинул ей ножки.

Белоснежные створки

её трепетной девочки расступились, выставив напоказ бугорок клитора, малые губки и манящую бледно-розовую глубину пока ещё девственной вагины. Спешить было нельзя. Я несколько раз медленно провёл кончиками пальцев по внутренней стороне раздвинутых бёдер. Затем склонился над её обнажённым телом, упершись руками в матрас.

Моё лицо оказалось возле её наивной и немного испуганной сейчас мордашки. Наши взгляды встретились, я ласково улыбнулся и стал медленно целовать. Сначала в лоб, в носик, в щёчки... Потом в подбородок, шею, постепенно приближаясь к груди. Уделил отдельное внимание обоим мягким бугоркам, увенчанным розовыми столбиками стоячих сосков, и сместился ниже.

Долго целовал её плоский животик вдоль кромки рёбер. Дойдя до того места, где рос кудрявый пушок на лобке, я снова поднимался, осыпая поцелуями низ живота и дразня кончиком языка аккуратный пупочек. Геля лежала неподвижно в позе морской звезды и глубоко дышала, наслаждаясь моими ласками.

Наконец, я снова навис над её лицом, на этот раз лишь одной рукой упираясь в матрас. Другой я направил своё вконец одеревеневшее орудие девушке между ног. Пульсирующая головка коснулась горячей и влажной девичей плоти. Я стал медленно водить членом вверх-вниз, тревожа возбуждённое естество юной бесстыдницы, что лежала сейчас подо мной.

Она при этом закатила глаза и шумно дышала уже ртом. Я шептал ей ласковые слова и признался, что давно, ещё с подросткового возраста мечтал заглянуть ей под юбочку. Вспомнил даже один случай автобусе, по дороге на дачу: Геля сидела напротив меня в коротеньком платье и задремала, а я почти полчаса украдкой любовался её трусиками. На это она улыбнулась и сказала, что прекрасно всё видела, но специально не сдвигала тогда свои стройные ножки...

Я был рад тому, что мне удалось установить с ней контакт и расположить к себе, пока моя залупа курсирует во влажной бороздке меж её податливых половых губок. Мой ствол рвался в бой, но пока ему доводилось лишь ласкать снаружи текущую в три ручья киску от клитора почти до самой попки.

— Оххх... Что же ты со мной творишь?... — тихо взмолилась задыхающаяся от страсти девушка.

— Я?... Я раздел тебя... уложил на кровать... раздвинул ножки... сам лёг сверху, а теперь ласкаю и целую тебя везде, где захочу... А очень скоро собираюсь порвать твою целочку. Ты же не против?..

В ответ Геля лишь снова выразила своё молчаливое согласие. Наш интимный разговор тихим шёпотом ни о чём длился ещё несколько минут и сопровождался мерным хлюпаньем её похотливых недр, тревожимых моим стояком. Потом мы вдруг оба замолкли на несколько секунд, и тут я понял, что пора!

Мой член в последний раз скользнул по клитору вниз и оказался напротив входа в заветную пещерку. Плавным, но уверенным движением я толкнул его глубоко вперёд. Преодолевая сопротивление, он устремился в девичье естество, натягивая и разрывая упругую перепонку девственной плевы.

Геля громко вскрикнула, крепко зажмурилась и закусила сразу обе губы. Войдя в неё на всю длину, я на некоторое время остановился, чтобы дать ей опомниться. А потом продолжил движения, нужно было зафиксировать результат и дорвать остатки плевы, которые могли уцелеть при первом вторжении.

После пятого или шестого проникновения новоявленная женщина перестала стонать и вскрикивать подо мной. Из глаз всё ещё её текли слёзы, но губы она уже не кусала. Я старался двигаться в ней плавно, но с большой амплитудой, чтобы раз и навсегда разобраться с её плевой, чтобы впредь она никогда больше не могла доставлять боль своей хозяйке во время секса.

Упиваясь её юным горячим телом, в то же время я безумно хотел научить и её саму наслаждаться этим процессом. Я возобновил ласковый шёпот у неё над ушком. По мере возможности старался коснуться губами её щеки, носика или ушка. Постепенно в комнате снова стали раздаваться девичьи стоны, но это было уже не от боли.

Конечно, ей было всё ещё больно и дискомфортно от только что разорванной целочки. Но сомнений не было — стонет сейчас она совсем от другого. Нежные поцелуи, ласковые слова и плавные глубокие толчки горячего члена во влажной щелочке не могли оставить её женское начало безучастным.

Девчонка закрыла глаза, слушала мой шёпот и внимала новым ощущениям от страстных проникновений мужской тверди в её тело. Нежные грудки ритмично раскачивались в такт моим движениям, а её голова двигалась немного вверх-вниз по подушке в ореоле светло-рыжих волос.

Спустя пару минут сил терпеть у меня уже не осталось. Я выпрямился, подхватил её ноги и задрал вверх, прижав бёдра к животу. Только сейчас я увидел, что девичьи губки, лобок и низ попки вымазаны кровью, смешанной с обильными любовными выделениями.

Мешкать я не стал, уселся поудобнее, упёрся руками в тыльную сторону бёдер и продолжил с новой силой шпилить девчонку прямо в окровавленную киску. Теперь мои проникновения стали ещё глубже и немного резче, они тут же отозвались тонкими девичьими стонами, которые были слышны во всей квартире.

Должно быть, со стороны это выглядело как изнасилование. Но на деле я знал, что помимо отголосков тупой боли в пиздёнке, Геля сейчас получает первое в своей жизни настоящее удовольствие от секса, которое не идёт ни в какое сравнение с рукоблудством в душе или пальчиковыми шалостями перед сном под одеялом.

Её голая попочка ходила ходуном на подушке от моих ударов. Мои яйца звонко шлёпали по гладеньким нежным ягодичкам. Я чувствовал, как тугая, ещё не разработанная плоть юного влагалища облегает и обсасывает мой ствол каждой своей клеточкой. «Да... Да... Да... « — стало вырываться еле слышно у Гели из уст.

Почти уверен, что кончить её в тот раз, конечно, не удалось. Но этот её шёпот подействовал на меня как спусковой механизм. Я не мог уже остановиться и неистово драл её в узенькую дырочку что было сил, выкладываясь по полной. Не знаю, сколько раз я ещё успел ей вставить по самые яйца после этого. Может, двадцать, а может, и все шестьдесят...

Я потерял счёт времени и связь с реальностью. Для меня существовала только её бесстыже распахнутая подо мной великолепная щелочка, хаотично мотающиеся от моих безумных толчков молоденькие грудки и задранные к потолку босые ножки. Речи о том, чтобы кончить вне этой прелести, и быть не могло!

Моё тело затряслось как от разрядов тока, а глубоко вставленный в Гелю член вдруг отчаянно запульсировал и стал извергаться длинными струями спермы, орошая и без того влажные и скользкие своды этой молоденькой, снова в голос кричащей подо мной похотницы.

Потом я рухнул на неё сверху. Мы оба тяжело дышали. Она была мокрой, как мышка. И горячей. Я покрывал поцелуями её лицо и ощущал солоноватый вкус слёз, что катились по кругленьким щёчкам. А ещё от неё безумно вкусно пахло! Это был запах юной, только что выебанной мной самочки. Он исходил у неё между ног, от всего тела и смешивался с ароматом её шикарных волос.

Внезапно это безумие продолжилось долгим и жарким поцелуем взасос. Она обхватила меня ножками за поясницу и никак не отпускала, безумствуя у меня во рту своим маленьким проворным язычком. Но скоро у обоих сил не осталось и для этого. Я лёг радом, взял Гелю за руку, и мы просто молчали, глядя в потолок...

— А который сейчас час? — неожиданно спохватилась она через какое-то время.

— БЛИН!!! — заорал я, взглянув на лежавшие на тумбочке наручные часы.

До возвращения с работы наших родительниц оставалось минут пятнадцать. Только что лишённая девственности рыжая лисичка пулей метнулась в ванную. А мне пришлось спешно застирывать окровавленную во время акта дефлорации наволочку в раковине на кухне, ведь сегодня предстоял последний вечер видеобезумия, и в кинозале не должно было остаться никаких следов от нашего секса.

После ужина мы все как ни в чём не бывало заняли свои места в «зрительном зале». Мама с Любой навзрыд хохотали над очередной комедией. А нам с Гелей было не до смеха. Я даже не помню, о чём был фильм. Мы сидели на своём «заднем ряду», держались за руки и иногда украдкой целовались. Для остроты ощущений я незаметно положил между нами свою новую собственность — розовый комок из её трусиков.

   
   

   

   

   
© Lcherry.ru. Все права защищены!