Она нарядилась так, как он просил: туфли — шпильки, чулки с поясом, длинный бежевый плащ, и никакого нижнего белья. Возбужденные соски́ трутся о грубую подкладку верхней одежды, пока Алиса спускается по лестнице. Вагину приятно щекочет еле осязаемый сквозняк подъезда, пробирающийся под плащ. Ощущать себя почти голой необычно и волнительно. Скрипнула входная дверь, девушка выпорхнула из тёплого подъезда на мороз, не защищённое влагалище почувствовав холод, сжалась, пряча клитор глубоко в складках половых губ. Герман, ожидая её у тихо урчащего авто, согревал себя как мог.
— Долго ты, — без досады сказал он, чмокнув в губы, — садись быстрей, поедем. Такой мороз, такой мороз!

В машине тепло, можно сказать, жарко. Ли́ска расстегивает нижние пуговицы узкого плаща, правое бедро, сверкая загорелой кожей радует глаз. Маленький треугольник промежности, напоминающий вагину ребёнка, отсвечивает в полумраке вечерних сумерек светлым пятном.

— Отлично выглядишь, — Герман говорит комплимент, и погладив бедро, слегка задевает выпуклый бугорок клитора костяшками согнутых пальцев, от чего у женщины внутри всё сжимается от восторга.
— Спасибо, — Алиса чуть шире раздвигает колени и откидывает правую полу плаща, демонстрируя свой наряд, а точнее, полное его отсутствие, — Я оделась так, как ты просил, милый.
— Молодец. Возьми, завяжи глаза, — Герман протягивает Алисе черную повязку, купленную накануне в секс-шопе — извини, но такие условия для всех дам, посещающих наш клуб: никто не должен ничего знать про это место.

— Как скажешь, милый — Алиса старательно затягивает на лице черную повязку. Она уже несколько дней подготавливает себя к этому событию, и с готовностью выполняет первое распоряжение Германа.

Автомобиль трогается, виляя по узким проулкам, выбирается на шоссе, набирает скорость. Они подъезжают к месту назначения минут через тридцать, хотя до него от дома Алисы рукой подать. Герман возит девушку по переулкам, улицам прилегающих городских окрестностей, умело создавая иллюзию долгой поездки. Заскрежетал шлагбаум, машина юркнула в подземный гараж небоскрёба на набережной, где проходили их прежние свидания. На сей раз, путь в этот дом более сложен и извилист. Как написано в инструкции, которой Герман придерживается и, пока, неукоснительно следует: «никакой информации, полная неизвестность, и только догадки, где девушка может находиться, и что её ожидает. « Цокая каблуками по бетонным плитам гаража, держа за руку своего поводыря, Алиса шагает мимо, пахнущих маслом и бензином, автомобилей, к лифту первого корпуса небоскрёба. Но это — излишняя предосторожность, девушка совершенно потерялась во времени и пространстве.

Двери лифта раскрываются, впуская экстравагантную пару внутрь кокпита, рванувшего вверх со скоростью стартовавшего болида формулы 1. Остановившись на тридцать первом этаже, пара выходит. Под ногами шуршит строительный мусор, попадаются обломки гипса и куски бетона. Иллюзия заброшенности полная. Технический этаж небоскрёба пребывает в плачевном состоянии, уборщицы никогда не добираются до него, да и зачем? Попасть в соседнее крыло дома удобнее из холла первого этажа, или подземной парковки. А этот этаж служит аварийным переходом только на случай пожара или ЧП. Алиса пробирается по захламлённым коридорам, вдыхая запах осыпавшейся побелки и другой строительной пыли. Ей немного страшно, но твердое плечо провожатого успокаивает. Пять минут, и они в другом здании. Герман первым входит в лифт, уносящий их на пятидесятый этаж. Они останавливаются перед знакомой дверью. Конспирация соблюдена. Алиса всё больше нервничает, сердце бьётся быстро-быстро, ей хочется писать.

— Плащ надо снять, — тоном, не терпящим отказов, говорит Герман, — женщинам в одежде сюда вход воспрещён. Эти слова ещё больше взвинчивают, итак напряжённые, нервы. У Алисы зарождается паника, Совсем не так она представляла эту поездку. «Войти полностью обнажённой в незнакомое помещение, предстать перед неизвестными людьми, мужчинами, членами какого-то клуба? По силам ли ей это?» Лиске жутко страшно, ноги деревенеют, не слушаясь хозяйку. Хочется сорвать повязку, развернуться и убежать отсюда подальше, домой, в тепло и уют. Алиса медлит.

— Не бойся, я же рядом, всё будет хорошо, — ощутив волнение женщины, пытается успокоить её Герман, помогая стянуть плащ с её плеч. Он всё ещё боится, что Алиса откажется в последний момент. Не дав блондинке опомнится, он жмёт кнопку звонка. В тишине слышен щелчок щеколды. Дверь открывается. Он вталкивает робеющую девушку в прокуренный холл. Всё, путь к отступлению отрезан. Теперь она не властна над собой.

— Стой здесь, не двигайся, повязку не снимай, я сейчас, — шепчет он ей на ухо, и отходит. Молодая женщина стоит одна, почти полностью раздетая, с повязкой на глазах, ничего не видя, дрожа от страха и волнения, прикрывая свои прелести руками. Ли́са чувствует присутствие людей. Их много. Это её ещё больше пугает. Немного постояв, придя в себя, девушка решается, делает глубокий вдох, и опускает руки, давая себя рассмотреть, ведь для этого её и позвали, и ещё для чего то... Мужчины удовлетворены увиденным, тело её идеально. Долго ждать ей не приходится. Пока собравшиеся жадно ощупывают глазами вновь прибывшую, к ней подходит мужчина:

— Добрый вечер, меня зовут Серж, — слышит она вкрадчивый приятный голос, — пойдёмте, я вас провожу. Почувствовав прикосновение тёплой мягкой ладони, женщина вздрагивает. Для неё всё необычно, таинственно, страшно. Её подводят к креслу, усаживают.

— У нас условие, ни при каких обстоятельствах вы не должны снимать повязку, иначе нам придётся наказать вас... , — почти в точности повторяет незнакомец фразу Германа.
— Да, я знаю, — бормочет Алиса еле слышно.
Ощутив, обнажёнными ягодицами холодную кожу кресла блондинка пристраивается на краю в напряжённой позе. Коленки сведены, спина выпрямлена, ладони прикрывают соски́.

— Вот этого не надо, не стоит прятать свою грудь, — мужчина — проводит рукой вдоль предплечья девушки, берет за кисти, и опускает её руки, — вы красивы, вам нечего стесняться. Позвольте насладиться совершенством вашего тела другим. Расслабьтесь. С этими словами незнакомец без усилий раздвигает её колени и отходит. Алисе стыдно, она вся раскрыта, как устрица, поданная к столу. Девушка краснеет, но остаётся сидеть как ей приказали. Она напряжена. Ещё дома Герман уверял её, что никто в этом месте не покусится на её «целомудрие», но сомнения уже закрались в голову. Алиса теряется в догадках, но одно она знает точно: чтобы не расстроить Германа, ей придётся выполнять всё, что от неё потребуется.

В комнате тихо играет музыка, вероятно, какая-то джаз-радиостанция. Присутствующие пока только прохаживаются мимо девушки, курят, беседуют, поглядывают на неё. Слышится звон стаканов. Девушка продолжает сидеть, вынуждённая поза открывает доступ ко всем её прелестям: вагина, клитор, половые губы, соски́ — ничего особенного, всё, как у обычной женщины. Неизвестность угнетает, Ли́са чувствует себя рабыней с невольничьего рынка, выставленной на продажу. Но она готова ко всему, готова сыграть свою роль до конца... Фривольные мысли лезут в голову: «А как я выгляжу со стороны? Что обо мне думают эти мужчины? Нравится ли им моя фигура, лицо?... « Незнакомая обстановка пробуждает любопытство. Она фантазирует, представляя себя среди толпы мускулистых волосатых мужчин, жаждающих обладать ею.

Алиса осознаёт, что начинает возбуждаться. Внимание к своей персоне, действует как возбудитель. Первый признак — это сосочки. Они начинают твердеть, кончики вытягиваются, это становится заметно. Ли́ска сконфужена, она пытается скрыть своё состояние, но её воля не властна над этим процессом. Попытки скрыть возбуждения приводят к обратному результату. Наступает очередь вульвы. Клитор начинает подрагивать, вагина увлажняется. Страх и покорность заводят не хуже секса. Возникает непреодолимое желание снять повязку и осмотреться: «Но нет, этого нельзя, ни в коем случае.»

Демьён стоит у окна, сжимая бокал с красным вином, не отрывая глаз, смотрит на Алису. Он организатор всего этого маскарада. Это его идея — вытянуть на БДСМ эксперименты свою еxgirlfrеnd, и она потихоньку претворяется в жизнь. Созерцать её тело нравится не только ему, он замечает как горят глаза у других мужчин, как похоть завладевает их умами, как они возбуждены. Он боится только одного: Алиса может сорвать повязку и увидеть его. Тогда его план провалится ко всем чертям, все усилия пойдут прахом. Ему хочется довести дело до конца, нужно получить пикантные фотографии с этой вечеринки. Хотя, возможно, просто понаблюдать за ней ему нужнее этих фото, кто знает... Ведь компромата, что у него скопился на неё, итак предостаточно для осуществления своей жестокой задумки, но... Всегда есть «но», и это «но» может оказаться ложкой дёгтя в бочке мёда. Если Алиса раньше времени разгадает его намерения, тогда всё пропало. За этой покорностью, за этим рабским послушанием прячется свободолюбивая, сильная натура, способная на любые действия в защиту чести и достоинства, как только почувствует угрозу своей безопасности. Демъен всегда восхищался ей, и теперь преклонялся перед её смелостью. Её невозмутимость возбудила его, он даже вспотел под рубашкой, от желания овладеть ею.

Пауза затягивалась, Алиса продолжала неподвижно сидеть, наполняясь соком...
«Но где же Герман?» — девушка волнуется, она хочет, чтобы её любимый был рядом. Но она знает что он здесь, и всё видит. Ведь весь этот спектакль она разыгрывает для него.
«Почему он не подходит, почему он оставил меня одну?»
— Шампанское, мадам... , — ласковый голос, который так приятно звучит, предложил даме выпить. Машинально Алиса берётся за тонкую хрустальную ножку бокала и делает глоток. Пузырьки приятно щекотят нёбо, янтарная жидкость течёт внутрь. Она, как ребёнок вцепившийся в соску, больше не выпускает бокала. Бутылка опустела меньше чем за четверть часа: «А как же ещё унять волнение, справится с возбуждением, да просто занять себя чем то? Не ласкать же свою киску или соски́ при всех? Но они от меня ведь что-то хотят получить?»

Алкоголь ударил в голову, приятными волнами разливается по телу. Наступает долгожданное расслабление. Алиса дотрагивается до соска, скользит по животику, слегка касается клитора, и жеманно обхватывает левую грудь. Мочевой пузырь, впитавший в себя столько жидкости — на пределе. Писать хочется всё сильнее. Она ёрзает, выбирает более удобную позу. Рука бессмысленно блуждает по телу, касаясь то груди, то, ставших мокрыми, складок половых губ. Словно отгадав её желание, всё тот же голос произносит:
— Поласкайте себя.

И сразу сильные руки хватают её за голени, и поднимают ноги до плеч. Ей становится страшно, кажется, что сохранность её влагалища вот вот будет нарушена мужским фаллосом. Молодая женщина пытается прикрыть ладошкой своё разверзнутое лоно, защититься. Но ничего не происходит. Алиса оказывается в позе мухи, залетевшей в паутиную сеть.
— Ласкайте, ласкайте, не стесняйтесь, — всё тот же голос вкрадчиво убаюкивает её сознание. Непроизвольно сгибается указательный палец углубляясь во влажную пещерку, потом средний. Глубже, глубже, глубже... Ноги, поддерживаемые сильными руками, расслабляются, расходятся дальше в стороны, раскрываясь в идеальном прямом шпагате. Разверзнутая устрица вагины блестит соком. Робко и неуверенно девушка трогает свою киску. Лёгкими прикосновениями вокруг набухающего клитора она ласкает себя. Движения становятся быстрее, размашистее... Приятное волнение охватывает её. Расстояние и время сжимаются до минимума. Ей нравится мастурбировать, не видя никого. Стыд и страх служат катализаторами её возбуждения. Она развратна, она ощущает себя шлюхой, и сейчас это ей нравится.

«Да, я падшая женщина, рабыня, эксгибиционистка. Но кто меня сделал такой — это он, он, он!!!» Мужчины давно побросали свои, так называемые дела, и во все глаза смотрят сольное эротическое шоу. Они напряжены, но им не светит сегодня трахнуть эту блондинку. Гэнг Бэнга в сценарии вечера нет. Алиса в наслаждении приоткрывает рот, кто-то принимает пустой бокал из слабой женской руки, которая тут же вцепляется в правый сосок и начинает массировать его. Она забывает о присутствующих, погружаясь в океан своих ощущений.

— Ааааа-х, — вырывается стон, пальчик лихорадочно надрачивает клитор, ласкает вход влагалища, — Ааааа-ххх, — вырывается снова. Язык яростно облизывает сухие губы, — Оооооо-о!!! Две руки устремляются в узкий влажный проход. Вот-вот, и тело почти готово забиться в экстазе. Девушка сползает ниже, вжимается в кресло. Ноги оказываются ещё выше, распахнутые бёдра подрагивают. Сквозь плотную повязку Ли́ска чувствует яркую вспышку света, потом ещё одну. Не придав этому никакого значения, она продолжает ласки. Её мысли целиком поглощает процесс мастурбации. Судороги вот-вот начнутся. Тело покрыто мелкими капельками пота, дыхание нарушено, во рту — пустыня. Из мокрой вагины большая непрозрачная капля неторопливо стекает к анусу, оставляя мокрый извилистый след. Достигнув воронки сфинктера, она исчезает в ней, покрыв слизью тёмно-коричневое пятно выходного отверстия. Словно почувствовав это, сфинктер сжимается, ягодицы напрягаются. Оргазм так близко...

Но кончить ей не дают. Феерия заканчивается так же быстро как началась. Девушку поднимают и отводят к столу. Она в недоумении, словно её только что пробудили от глубокого сна. Возбуждение не спадает, вагина кипит желанием.

Всё это время Демъен безмолвно стоит у окна, сжимая давно опустевший стакан. Его лицо бело как у смерти. Герман, поглядывая из угла, то на него, то на Алису, о чём то размышляет. Он удовлетворён увиденным. Эта бесстыдная девчонка не подвела его. Всё идёт по плану. Он подходит к Алисе и легонько шлёпает по заднице.
— Ты у меня молодец, детка. Спасибо! — слышит она долгожданный шепот любимого. Радостная улыбка озаряет лицо. Все сомнения по поводу своего поступка улетучиваются.
«Ему понравилось, понравилось, понравилось...», — как мантра торжественно звучит в её голове.

Молодая женщина стоит спиной к большому дубовому столу, так как её поставили.
— Повернитесь, — кто-то приказывает ей, и не дожидаясь ответа резко разворачивает, наклоняет, прижимает к столу, больно придавив подбородок к поверхности. У Ли́ски перехватывает дыхание: ощущение, что она лежит под чем-то тяжёлым очень реально... Женщина стискивает зубы. Она сильно беспокоится за свою задницу, открытую и доступную. Инстинктивно Алиса сжимает ягодицы, руками пытаясь прикрыть отверстие ануса. Её руки хватают и прижимают к поверхности стола.
— Вас отпустят, если вы пообещаете не вырываться. Вы согласны?
— Да, — выдыхает девушка. Её отпускают.
« СЕЙЧАС ЧТО-ТО ДОЛЖНО СЛУЧИТЬСЯ!» — успевает подумать она. Через секунду тысяча малюсеньких иголочек впивается в её правую ягодицу. Удар плёткой, выверенный с ювелирной точностью оставляет расплывающийся красный след на коже.

— А-а-а-а! — кричит блондинка от боли, неожиданности и удивления. Девушка благодарна судьбе, что это только плётка, а не мужской член в её жопе. Через секунду Алиса снова кричит: красный след красуется и на её левой ягодице.
— А-а-а!... А-а-а!... А-а-а!... , — удары следуют с завидной периодичностью. Алису порют профессионально, не оставляя кровавых подтёков на нежной коже. Женщина сжимает зубы, ей больно, она извивается после каждого удара, но терпит. Её пальцы вцепились в край стола. Не в силах сдерживаться, она кричит после каждого удара. Кажется время остановилось, силы покидают её. Вскрики стихают, переходят в стоны. Тело расслаблено, и только судорога сотрясает его после очередного шлепка. Почти десять минут девушку порют. Попа горит, она похожа на голый зад макаки. Первый шок давно прошёл, Алиса прислушивается к себе, познаёт новые ощущения. Колючая боль, вгрызающаяся в её ягодицы, расходится горячими волнами по телу, добираясь даже до матки. Клитор,

по началу никак не реагирующий на истязания, теперь, зажатый между лобком и гладкой поверхностью, возбуждается от трепыханий тела. Эти ощущения незнакомы и необычайно приятны.

Экзекутор останавливается. Алиса благодарна. Можно передохнуть. Дыхание приходит в норму. Вдруг она чувствует, как что-то прижимается к ней. Девушка замирает. Обратной стороной стека «палач» водит по влажным половым губкам девушки, трётся о вход влагалища...
— О-о-о-ох!!! — крик неожиданности раздаётся в тишине. Фаллообразная ручка инструмента резко входит в скользкие недра.
Лиска дёргается, пытается привстать, но её тут же прижимают чьи то руки к столу. Искусственный член выходит, и снова входит в разгорячённое лоно. Первый шок проходит. Эти резкие фрикции приносят фонтан удовольствия. Непроизвольно девушка начинает подмахивать бесчувственному орудию. Она возбуждена и потеряла контроль над своими эмоциями. Теперь с ней можно делать всё, что угодно. Что же такое произошло?

Болевые ощущения, по началу заглушающие всё прочие, притупились, пробудив что то новое, необычное, сексуальное. Вероятно само действие, сам процесс порки, процесс публичного наказания возбудил молодую женщину. При мастурбации Алиса часто представляла в мыслях как её наказывают сексом, трахают за плохие поступки. Она кончала от этого. Молодая женщина помнила как её пороли в детстве: розгами или крапивой, и обязательно по голой заднице. Воспоминаниям свойственно возвращаться...

Экзекутор только начинал мастурбировать блондинку, а девушка уже была готова, она раскраснелась, воздуха не хватало, колени дрожали. Сама, готовая запрыгнуть на этот резиновый ствол, она. Зрелище возбуждало. <а hrеf="http://еtаlеs.ru/">эротические рассказы Мало кто устоял, глядя на этого симпатичного сабмессива, балансирующую на грани оргазма. Но Алисе снова не дали кончить.
— Ну давай, красавица, переворачивайся.
Приказ застал её врасплох. Готовое взорваться в судорогах оргазма тело обмякло.

«Теперь они начнут меня трахать, все по очереди! Боже мой, куда я попала, что со мной будет?» — прокралась мысль в её затуманенную голову, и новая волна страха обуяла её, — «Где же Герман? Неужели он не поможет мне? А если это он всё придумал? Нет, он не такой, это я сама себе накручиваю. Может быть меня еще раз отмастурбируют и отпустят?!» — так думала девушка. «Да пусть делают что хотят. Я на всё согласна. Выебите меня, наконец. Ах, как хочется кончить!» — а так думала её вагина. Десятки предположений крутятся в голове блондинки, пока её поднимают и переворачивают.
Алиса не сопротивляется. Она даже помогает своим мучителям. Попа горит, экстаз от порки привел все органы девичьего тела в повышенный тонус. Очень хочется писать, ещё сильнее хочется секса...

— Ложитесь здесь. Вот так! — слышит она. Девушку укладывают на спину. Кожу истерзанной попы щиплет. Женщина замирает, она полностью во власти мужчин. Ей «хочется и колется».
— Раскиньте руки!
Алиса не успевает опомниться как её руки накрепко привязывают к ножкам стола, почти не оставляя никакой свободы движения для тела. Ножом, грубо, срезают пояс, срывают подвязки от дорогого комплекта белья, стягивают туфли, сдирают чулки. Теперь блондинка полностью обнажена.
— Теперь ноги... Расставьте шире.
Девушка послушна, она прогибается, раздвигает колени. Её лобок выпячен.
— Нет, не так, шире! Ещё шире! — приказывают ей.
Теперь и щиколотки блондинки привязаны к его ножкам.

Треугольник промежности, возвышающийся над плоским животом и бёдрами, увенчивается клитором, бестрашно красующимся малиновой кнопкой. Как только столь экзотическая композиция закончена — раздаётся шлепок.
Девушка взвизгивает от боли. Клитор обжигает ударом твердого стека из толстой воловьей кожи. Он съеживается, прячется в складках половых губ. Ещё один удар, и ещё... Выверенные шлепки попадают точно в цель. Боль адская, боль нестерпимая. Промежность горит после каждого удара, тело сотрясается в судорогах, будто по нему пускают электрический ток. Такого Ли́ска никак не ожидала. Для неё представление о БДСМ всегда сводилось к бутафории, кожаной атрибутике, не сильному пошлепываю различными предметами. А тут с ней происходит совершенно другое, что пока не укладывается в её сознании, зато хорошо укладывается в планы её мучителей.

Стоны сменяются повизгиваниями, переходящими опять в стоны. Хорошо зафиксированное тело извивается, но сделать ничего не может. Экзекутор постепенно увеличивает темп, он выцеливает точно по кончику, с каждым ударом наливающегося кровью, клиьора. И чем больше он становится, тем менее болезненно воспринимает удары. Клитор потихоньку теряет чувствительность, болевой порог неумолимо падает. Он достигает размера ногтя и сам лезет навстречу плети, продираясь сквозь слизь и влагу половых губ. Теперь тело отзывается на удары совсем другой болью. Эта боль сладка, даже желанна, она горячими потоками разливается по телу, проникая во все его закоулки, вызывая дрожь и судороги. Клитор, оказавшийся центральным объектом порки, возвышается малиново-красным маячком. И чем сильнее его хлещут, тем больше он становится, превращаясь из неказистой кнопки в большой ярко-малиновый отросток. Изредка «палач» даёт ему передышку, переключаясь на девичьи груди, соски́ которых, торча острыми пиками, трепещут от каждого удара. В голове Алисы сумбур, всё вперемешку. Стыд, удовольствие, боль, возбуждение, превратившись в коктейль страсти, стремительно несёт её к оргазму. Истерзанные прелести горят. Тело, мокрое от пота ждёт, и одновременно боится, каждого нового удара. Девушка почти в трансе, эта боль желанна.

Экзекуция продолжается. Оргазм висит на волоске, готовый разразится в любой момент. Его предвестники — вагинальные выделения, обильно растекаются по распухшим половым губам. Но очередной шлепок, вызывая боль, вновь и вновь отдаляет его. Алиса сходит с ума от возбуждения, в голове каша, мир превращается в одну большую плеть, безжалостно хлещущую её повсюду. Она хочет только одного — кончить. Хочет, но не может. Чьи то ладони сдавливают её виски, чей то голос шепчет:
— Хочешь меня?

— Да, хочу, — срывается то ли крик, то ли стон с её пересохших губ. Она узнаёт голос Германа. Сильные руки тянут её к краю стола. Теперь голова запрокинута. Алиса широко раскрывает рот. Она знает, что нужно любимому. Герман впихивает свой болт в рот блондинки. Губы жадно обхватывают его. Удары продолжают сыпаться не переставая. Герман осторожно начинает фрикции, стараясь попасть в такт этим шлепкам. Всполохи света, которые Ли́са ощущает даже сквозь плотную ткань повязки, теперь происходят всё чаще. Возбуждённое сознание наконец идентифицирует их как вспышки фотокамер. Но ей уже всё равно, фотографируют её или нет. Она на вершине экстаза, сосредоточенном на кончике её клитора. Наступает состояние прострации. Спазмы вагины происходят чаще. Её организму, пребывающему в сильнейшем напряжении, требуется разрядка. Герман, начинавший медленно и осторожно свои движения постепенно входит в раж.

Теперь он во всю длину всаживает в рот Алисы свой длиннющий фаллос. При каждой такой фрикции её горло растягивается, в точности повторяя форму члена, проникающего, как кажется, до желудка. Не часто Алиса проделывала такие кульбиты с минетом, ох не часто. Герман вводит глубоко, мошонка упирается в губы и нос, сбивая дыхание. Но степень её возбуждения на столько высока, а напряжение столь велико, что она не чувствует дискомфорта, наоборот, она в экстазе. Используя её рот как влагалище, Герман долбит и долбит. Мужчину хватает ещё на пять минут. Чувствуя приближение оргазма, он ускоряет фрикции. Ли́са это тоже чувствует, она хочет его оргазма, наверное, даже больше, чем своего.
— О-оооо! О-оооо! — издаёт, сквозь зубы, два протяжных стона мужчина, извергая потоки эякулята в чрево блондинки. С первым глотком спермы Алису Николаеву накрывает фееричный оргазм.
«Наконец!!!»

Первые спазмы извергают из неё фонтан секреции такой силы, что его капли достигают потолка. Расслабленные мышцы таза больше ничто не контролируют. Через мгновение фонтанирует её уретра, освобождая многострадальный мочевой пузырь от скопившейся жидкости. Первый выброс, неожиданный и сильный, не оставляет никаких шансов находящимся рядом. Все они забрызганы. Кипящее влагалище, блистая оплывшими половыми губами, стремительно освобождается от баласта. БДСМ мастер опускает свой кнут: он добился чего хотел. Его подопечная, продолжая биться в судорогах оргазма, орошает пространство вокруг. Хаос полный: на стенах и потолке — разводы. Весь пол, и часть поверхности стола, залиты мочой, а из Ли́скиной пизды, не прекращаясь, бьёт фонтан.

Оргазмические конвульсии выбрасывают из тела всё новые и новые порции уретральной жидкости. Такого финала не ожидал никто. Женщина совсем потерялась во времени, превратившись в один большой сгусток экстаза. Ничего не соображая, она продолжает оргазмировать. Всхлипывая и постанывая, она бьётся в судорогах. Залитое спермой лицо выглядит на столько счастливым, что Демъен умиляется, глядя на него, жалея, что не оказался на месте Германа. Постепенно тело успокаивается, дождь страсти и удовлетворения сходит на нет и блондинка замирает, тяжело дыша и изредка вздрагивая. Теперь её можно трахать, она с радостью примет любой член в себя. Но испытать этого счастья ей не суждено.

Алису освобождают не сразу. Ещё несколько минут она лежит, распятая на столе, напрасно ожидая продолжения. Тело горит, перенапряженные мышцы живота болят. Её распухшие половые органы всё ещё жаждут новых ударов, словно выпрашивают милостыню. Внутренние губы полураскрыты, клитор красуется над композицией, привлекая внимание своей величиной. И всё это «великолепие» блестит и сверкает в сполохах последних фотовспышек. БДСМ пати, а, параллельно с ним фотосессия состоялись.

Девушку развязвают, ставят на ноги, обтирают, помогают одеться. Распухшая вагина мешает передвигаться, ощущение вымени между ног ещё сутки беспокоит её. Как добирается до дома, Алиса не помнит. В памяти остаётся сухой поцелуй в щёчку у подъезда, задние красные габариты уезжающего авто и зуд воспалённых сосков, трущихся о подкладку плаща.

   

   
   

   

   

   
© Lcherry.ru. Все права защищены!